Глава 1
Первый день, надеюсь, не последний
20 ноября, 6:47. Просыпается она от папиного:
— «Рота, подъём!»
Ева— «Ну, па-па!.. Ещё пару минуточек!..»
Отец— «Ещё чё? Ева, тут тебе не “проснуться за пять минут до девяти, ведь школа близко”. В лицее всё будет по-другому!»
А ну да. Новая школа, новый город. Заебись.
Когда отец вышел из комнаты, Евка поднялась с кровати. Нога чуть запуталась в одеяле, из-за чего та подскользнулась и грохнулась на пол:
— «БЛЯТЬ, Я НЕНАВИЖУ ЭТУ ЖИ-И-ИЗНЬ!»
Прокричала недовольно она и выползла из этого мягкого капкана. Чуть поморщившись, подошла к зеркалу и сделала недовольную мину. Самый большой её комплекс — загорелая кожа. Как бы ей ни вбивали в голову, что это красиво, она не соглашалась. Возможно, если бы Еве было за двадцать, она бы, вероятно, приняла себя и действительно нашла в этом красоту. Но-о — явно не сейчас.
Быстро расчесала волосы, собрала их в мальвинку с маленьким тёмно-синим бантиком и в пижаме побежала в ванную, по пути чуть не упав из-за своего котика, который оказался под ногами. Еврик почувствовал неладное и быстро убежал на кухню, где его ждали твои родители.
Быстро приняв душ, почистив зубы и умывшись, Евка в халате направилась на кухню.
Её мать — Галина, женщина сорока лет: брюнетка, карие глаза, низкий рост, как и у Евы. На лице снова появились её пятна — эритродермии. Мама давно их лечила, но это лечение проходит долго, а она только начала. Она как раз разложила на столе три тарелки с яичницей и кусочками хлеба и села за стол. А за ней и отец — Александр: ему было 47 лет, кучерявый, брюнет, зелёные глаза, рост — 180.
Ева быстро насыпала влажный корм вместе с молоком в миску Еврика — тот довольно мурлыкал и тёрся об её ноги. Она села за стол, быстро поедая.
Ева— «Время уже 7:34, я не успеваю!»
Но ей тут же поступил ответ от мамы:
Мать— «Ну, папа тебя отвезёт, и оденешься за пять минут. А вообще, Ева, можно в школу и не краситься, если ты не знала!»
Ева— «Мг…»
Недовольно пробурчала она, на что получила осуждающий взгляд от отца. Евка поела и взяла с собой бутылочку воды со скибочками лимона и лепестками мяты. Добежав до комнаты, она положила бутылку в чёрный рюкзак с брелком и значками, а затем приступила к макияжу — с косяками и молитвами, но она его сделала:
— «Ха, ну вроде красиво, хотя к глазам, по-моему, не очень… да похуй, нормально».
Пришло время наряда. Аккуратно, растягивая одежду, Ева наконец-то оделась, а школьная форма оказалась довольно неплохой, подумала та.
Когда она посмотрела на часы — охренела: осталось семь минут. Благо хоть ехать недалеко. Она пшикнула духами с ароматом лаванды — м-м-м, какие же они были вкусные на запах. Евка закинула рюкзак на плечо и с телефоном в руках побежала в машину.
Когда отец высадил её перед школой, она на несколько секунд застыла — та выглядела очень красиво. Но затем быстро взяла деньги из его рук, чмокнула и попрощалась. Пробежав под расцветшими деревьями сакуры, она оказалась в школе.