Глава 23
Все утро перед балом в комнате девочек царил приятный хаос. Все четверо носились туда-сюда, словно заводные феи, сталкиваясь локтями и обмениваясь нервными смешками. Ещё до завтрака Кассандра, лукаво улыбнувшись, сунула дочери в руки небольшой, изящно завёрнутый сверток и подмигнула.
— Что там? — мгновенно заинтересовался Рон, едва они вернулись в гостиную.
— Недостающий подарок от отца, — предположила Гермиона, бросая любопытный взгляд на коробку.
Только оказавшись в относительной тишине своей спальни, Каллиста развернула шёлковую бумагу. На мягком бархатном ложе, словно сошедшие со страниц сказки, лежали колье и серьги. Украшения, казалось, вобрали в себя самую суть солнечного утра: тончайшие золотые ветви с нежными листьями и хрупкими соцветиями, усыпанные россыпью прозрачных кристаллов. Центр колье украшала изящная каплевидная подвеска, готовая поймать первый луч.
При дневном свете камни оживали: всё украшение мягко переливалось, мерцая, словно тысяча крошечных капелек росы на паутинке. Серьги-пусеты с теми же цветочными мотивами и струящимися каплями дополняли образ, даря ему ощущение воздушной лёгкости и свежести.
— Ух ты! — ахнула Саманта, заглядывая через плечо. — Я видела это в витрине у «Твайлфита и Теттинга»! Оно… ну, очень не из дешёвых.
— Кто подарил? — тут же вклинилась Карэн, широко раскрыв глаза.
— Отец, — тихо ответила Каллиста, всё ещё не веря глазам.
— Там, наверное, должно быть и платье, — деловито заметила Гермиона, подойдя ближе.
Каллиста осторожно отложила футляр с драгоценностями и приподняла следующий слой ткани. Под ним, переливаясь перламутровым блеском, лежало платье бледно-голубуго цвета, почти эфемерное.
— Подождите секундочку, сейчас я примерю, — Каллиста, вспыхнув от волнения, схватила платье и умчалась в ванную.
Через три минуты дверь приоткрылась. Она вышла, неловко поправляя непривычный фасон. Платье сидело идеально. Открытые плечи и облегающий лиф подчёркивали её хрупкость, создавая ощущение трогательной незащищённости. Но эту иллюзию тут же разрушали рукава-фонарики: маленькие, упругие, они весело колыхались при каждом движении, словно два пузырька радости.
Каллиста медленно покрутилась перед воображаемым зеркалом, и ткань, усеянная мельчайшими блёстками, вспыхнула сотнями звёздочек.
— Божечки… Да ты прямо принцесса! — выдохнула Карэн, заворожённо глядя на неё.
— Спасибо, — смущённо улыбнулась Каллиста.