В сердце

Несмотря на то, что Винстон с Инсейн находились в пустыне, тут оказалось не так жарко, как ожидалось. Кругом разбиты палатки и тканевые домики, где-то вдали замерли многолетние и одинокие кактусы, рядом с главным домиком маршала стоял внедорожник, который, несмотря на свои небольшие размеры, был вполне компактным и управляемым, учитывая карликовый рост Инсейн. Здесь отдавались приказы, готовились к новым нападениям, новым защитам и поражениям.Винстон давно перестал бояться войн благодаря своей жене с боевым характером и лидерским мышлением, и сам давно стал вечным и доверенным советником маршала, так как он сам некогда участвовал в ирландско-британской гражданке.На фронтах они, как и положено, обсуждали новые стратегии и планы нападения на врага, следили за ситуациями в той или иной дивизии, но в этот раз разговор заплыл в другое русло.—Помню, когда с Димой путешествовал по Неваде, царство ему небесное, я клянусь, там были такие же бескрайние пустыни. И чем-то они мне напомнили эти, алжирские — внезапно вспомнил Винстон.—Ах, Димка... Он всегда был таким славным малым. Конечно, не без греха, но ведь он для родных всегда был самым желанным.—Инсейн, все самые близкие люди всегда сидят у нас здесь—Винстон положил ладонь на сердце—и они знают, когда нам хорошо, а когда—плохо. Инсейн много военного и бытового ужаса повидала на своей долголетней нити судьбы. Но разговоры о смерти Димы всегда делали её уязвимее и хрупче. Чтобы не заплакать на важном задании, она просто, обняв Винстона, уткнулась в его грудь, где и билось сердце. Инсейн заставило отпрянуть странное чувство. Она, наверное, об этом очень скоро пожалеет.—Так, всё же, мне надо исполнять свой долг.Помолчав некоторые секунды, женщина взяла руку Винстона, и начала её нервно гладить, продолжая свои последние, перед уходом, слова:—Я очень ценю твоё присутствие и поддержку. Наверное, только ты последние 50 лет меня искренне понимаешь. Пожалуйста... — она сжала руку крепче, но не от злости — проследи за работой генера...Издали откуда-то просвистел полёт пули — скорее всего, снайперской, так как вблизи не было объектов, из-за которых можно было незаметно стрелять на близком расстоянии. Эта беспощадная пуля попала в левую часть спины, насквозь пронзая ткани, и попадая в сердце. Пуля образовала небольшую дыру на груди Инсейн, из которой фонтаном выплеснулась кровь.Глазницы помутнели, их блеск моментально высох, а границы тела парализовала иллюзорная прохлада, заставляя замереть тело в конечном положении с распростёртыми руками.Женщина упала замертво на горячий песок, собой его окрашивая. Самый уважаемый маршал Франции умер на ровном месте, поддавшись плену невнимательности и уязвимости! А Винстон сначала не поверил самому себе—на его глазах умерла горячо любимая жена, верная подруга!!! Мужчина тут же упал на колени, глаза его заслезились, а разум помутнел. Обнимая стынущее тело, он не мог поверить, что за свою многолетнюю жизнь на его глазах все самые любимые люди умирали от войн, от оружий. Звоном издавались голоса внутри: «почему она, а не я?».На выстрел и плач выбежали солдаты, все, кто стал свидетелем убийства. Да здравствует столпотворение любопытных глаз! Толпа кричала, звала на помощь, а Винстон сидел и горько рыдал, прижимая бездыханное тело к себе.Вскоре Инсейн похоронили над кристальной рекой, в дубовой роще, там же, где и похоронили 50 лет назад Диму.