ГЛАВА 44: БЛИЗНЕЦЫ ИЗ ШЕЛКА И СТАЛИ. Дейнерион I.

Из хроник Великого Мейстера Элиона и записей придворных герольдов. 509 год от Завоевания Эйгона. Государство, ведомое твердой рукой молодого короля Дейнериона Вейлариса и мудрого Десницы, Великого Мейстера Элиона, стремительно оправлялось от ран затянувшегося регентства. Но величайшее благословение, которого подданные и летописцы ждали со страхом и надеждой, снизошло на Красный Замок в канун девятнадцатых именин государя. Под исходом осени, когда небеса над столицей окрасились в цвет холодного золота, королева Лионелла разрешилась от бремени.
Династия Вейларис, чей род на протяжении последнего столетия неумолимо редел и угасал, праздновала чудо. На свет появились принцессы-близняшки. Они родились крепкими, крикливыми и на удивление здоровыми, явив всему миру ту самую легендарную жизнеспособность южного рода Мандерли, на которую некогда рассчитывал «Золотой Лис». Внешность новорожденных принцесс не оставляла сомнений в их происхождении: в них почти не было валирийской бледности, напротив, девочки пошли в породу своей матери и своего деда, лорда Оливера. У них были густые темные кудри, румяные щеки и ясные, живые глаза - черты, столь непривычные для трона, но обещавшие крепкое здоровье.
Молодой король, чей суровый и гордый нрав заставлял трепетать лордов на советах, при вести о рождении дочерей изменился в лице. Свидетели тех дней вспоминали, что Дейнерион лично принял младенцев из рук повитух и долго смотрел на них, а его серебряные глаза впервые за долгие годы светились неподдельным, мягким счастьем. В знак благодарности богам и в честь бесценного дара, который укрепил пошатнувшееся наследие, 21-й король повелел наречь принцесс в честь своих далеких прабабушек - великих королев прошлого:
«И нарек государь перворожденную из сестер Дейнерис, а вторую - Рейнис, дабы имена великих жен четырнадцатого короля, Эйгона V Вейлариса, прозванного "Драконом Трех Голов", вновь зазвучали под сводами этого замка как символ возрождения и триумфа крови.»
В день, когда принцессы впервые предстали перед двором, Королевская Гавань захлебнулась в ликовании, по личному приказу Дейнериона из королевских подвалов на площади были выкачены бочки с выдержанным вином, а городская стража пригоршнями раздавала беднякам и простолюдинам серебряные монеты. На целую седмицу столица погрузилась в великий, грандиозный праздник: турнирные копья трещали на ристалищах, менестрели слагали баллады о новорожденных «розах из рода Вейларис», а костры на холмах горели до самого рассвета, разгоняя ночную тьму.