Король Пепла. 2 часть.«Тихое Возраждение.» Деймон I.

НАСЛЕДНИК НАДЕЖДЫ И СЛАБОСТИ
(425 год от З.Э.)В 425 году от Завоевания Эйгона, спустя четырнадцать лет после окончания разрушительной Войны Пепла и Крови, под сводами Красного Замка впервые за долгое время прошёл по-настоящему великий и пышный праздник. В тот светлый год у двадцатипятилетнего короля Деймона I и двадцатитрехлетней королевы Мейрис родился долгожданный законный сын. Мальчика назвали Эймон в честь его покойного дяди, идеального старшего принца старой династии, чьё имя в памяти лордов и народа всё ещё считалось незыблемым символом утерянной надежды и былого величия дома.
Хронисты писали, что рождение прямого наследника престола стало важнейшим и самым радостным событием для Семи Королевств со времён окончания гражданской войны. Чтобы отпраздновать это событие, в столице устроили масштабные многодневные празднества. Изнуренные годами восстановления улицы Королевской Гавани щедро украсили красно-чёрными знамёнами династии, в самом замке без умолку гремели пиры и рыцарские турниры, а простому народу на площадях бесплатно раздавали хлеб и вино.
Многие очевидцы с облегчением говорили, что впервые за долгие годы Красный Замок снова напоминал настоящий, величественный королевский двор, а не мрачный фамильный мавзолей.
Однако великие мейстеры Цитадели почти сразу заметили тревожные знаки: новорождённый принц Эймон был необычайно слабым, бледным и болезненным ребёнком.
По горьким словам придворных летописцев, младенец часто страдал от лихорадки, мало кричал и выглядел значительно меньше и хрупче других детей своего возраста. Но в разгар всеобщей эйфории и долгожданной радости ослепленные лорды почти никто не придал этой слабости должного значения.В тот же день маленький Эймон был официально объявлен новым законным наследником Железного трона, потеснив в очереди престолонаследия своего дядю, восемнадцатилетнего принца Мейриона.
Одновременно с провозглашением новорожденного сына наследником престола, король Деймон I совершил шаг, который многие историки позже сочтут проявлением наивысшей политической мудрости.
Он назначил своего восемнадцатилетнего брата, принца Мейриона, главным советником короны - Десницей Короля.
Несмотря на столь юный для этой должности возраст, Мейрион уже твердо считался одним из самых образованных, проницательных и спокойных людей при дворе. Тяжелые потрясения детства и личная утрата не ожесточили его, а заставили ценить порядок.
В отличие от старших поколений Вейларисов, чьи имена прочно ассоциировались с братоубийственной войной и хмельным безумием, молодой принц-Десница редко поддавался слепому гневу и неизменно предпочитал решать назревающие конфликты мудрыми словами, законами и соглашениями, а не карающим драконьим огнём.
Хронисты позднее с восхищением отмечали в своих свитках, что именно в эти плодотворные годы Семь Королевств, ведомые двумя повзрослевшими братьями, начали стремительно восстанавливаться из руин. По всей империи разрушенные войной замки и сожженные крепости отстраивались заново, на великие тракты и морские пути шумно возвращалась богатая торговля, великие дома один за другим вновь приносили искреннюю присягу верности Железному трону, а сама память о кошмарах Войны Пепла и Крови постепенно превращалась в далекую, страшную легенду прошлого.
Многие мейстеры позже справедливо назовут эту благословенную эпоху правления Деймона I временем «Тихого Возрождения» периодом, когда дом Вейларис впервые после долгих десятилетий взаимного истребления попытался вернуть себе не слепой, парализующий страх подданных, а подлинное уважение и любовь своего народа.