Суббота

1

Едва проснувшись, Пэйдж тайком покинула дом и направилась в больницу навестить Мэтта. Она понимала, что поступает противоречиво. То ранит Мэтта, то спасает. А теперь вот идет к нему в больницу. Она знала, что не должна этого делать. Но, учитывая, что Мэтта посадят, и он навсегда исчезнет из ее жизни, она хотела рассказать ему то, что никому не рассказывала. Откровение за откровение.

Она прошмыгнула мимо регистратуры. Позавчера, когда помощник шерифа доставил ее и Мэтта в больницу, она слышала, как медсестра говорила, что для парня готовят шестую палату.

У нужной палаты на больничном стуле сидел полицейский. Незамеченной пройти не удастся.

– Ты куда это? – спросил коп, оглядев ее с ног до головы.

– К Мэтту Уорману, – сказала она. – Я его одноклассница. Мы с ним с начальной школы не разлей вода.

– Колюще-режущие предметы есть?

Пэйдж покачала головой.

– Тогда проходи. Только недолго с ним болтай.

Она кивнула и зашла в палату.

– Пэйдж, – прошептал Мэтт, и попытался приподняться.

– Тш-ш, – шикнула она. – Тебе нельзя вставать.

– Я не надеялся, что ты придешь.

– Я не хотела.

– Подойди ближе, – попросил Мэтт.

Она сделала два шага. Ближе ей подходить не хотелось. Мэтт может быть опасен.

– Зачем ты пришла? – спросил он.

– Помнишь, в день, когда ты меня похитил, ты дал мне прочесть письмо твоего биологического отца?

Мэтт кивнул.

– Я вчера ходила на тренинг. Он был посвящен нашим проблемам. Я хотела рассказать о причине моего самоубийства, о похищении... Но я не могла говорить об этом малознакомым людям. Другое дело – ты. Ты всегда относился ко мне с пониманием. И я решила рассказать это тебе. Ведь ты поделился своей тайной, а теперь пришла и моя очередь.

Она замолчала. Мэтт смотрел на нее в ожидании. Проглотив слюну, она заговорила:

– До того, как я стала бесчувственной, я часто сбегала из дома, курила, пила... В общем, была трудным подростком. Мама не выдержала и высказала все, что обо мне думает. Может, она и была права, но она ясно дала понять, что ненавидит меня. Мне следовало поговорить об этом с отцом, но он практически ночевал на работе. Маму это бесило, и она отыгрывалась на мне. Именно из-за мамы я решила свести счеты с жизнью. Но она спасла меня. И я думала, она это сделала, потому что любит меня. Когда выяснилось, что я бесчувственная наши с ней отношения не особо улучшились.

– Ты винишь маму в том, что стала такой? – спросил Мэтт.

– Не знаю. Я никогда не ощущала от нее той материнской любви, которую видела в фильмах. Мне всегда казалось, что я для нее нежеланный ребенок.