Глава 1 - Совпадение (00:30)
Наото Миуру не интересовало ничего, кроме механизмов. Маньяк механизмов, фанатик, пугающе зависимый от них.
Уже с раннего детства его привлекали шестерни, цилиндры двигателей, болты и пружины, провода. Блеск металла радовал глаз, гладь керамической поверхности манила прикоснуться. Сердце чутко откликалось на механическое тиканье и только билось чаще от звука, с которым штифты на барабане музыкальной шкатулки задевали зубья металлической гребенки. В средней школе ничего не изменилось — даже можно сказать, что стало только хуже.
Ни манга, ни аниме или игры не вызывали у него и проблеска интереса. Сверстники обсуждали картинки — его волновала лишь возня с машинами. Парня влекли автомобили, а не споры между сторонниками больших буферов и плоскодонок. Больше возбуждали наброски и чертежи механизмов, чем одноклассницы в купальниках; документальные фильмы об изобретении пружин, а не обмен видео для взрослых.
Скоро он осознал: «Кажется, это и есть «ненормальность». Однако даже теперь, когда пришло осознание, он не мог резко изменить свою природу в пользу общепринятых предпочтений. Как говорится, личность формируется с младенчества, и для Наото Миуры точка невозврата уже пройдена. Да, он стал неординарной личностью, но весь огонь его сердца уже горел для Машины. Попытки что-то изменить оборачивались ничем. Наото Миура был безнадёжен.
*
35° С.Ш. 135° В.Д.
Японская сеть. Первый уровень. Киото.
Это один из нескольких крупных мегаполисов Японии. Подавляющее количество «Умных домов», редкие деревянные постройки оставлены как часть Всемирного Наследия, даже если совершенно не вписываются в пейзаж нынешнего времени.
На самой окраине, на границе жилой зоны, стоял слегка покосившийся обшарпанный многоквартирный дом в семь этажей. Одна из квартир в правом крыле подходила скорее для «Испытания на храбрость», чем для жилья.
Там и жил Наото Миура.
— Ещё один охрененный день! — воскликнул Наото, взбираясь вверх по лестнице, будто бы готовой рухнуть прямо под его ногами.
Маленьким мальчик в чёрной форме. Нашивка на нагрудном кармане могла бы сообщить случайному зрителю, что перед ним ученик первого года. Неприметное лицо, дешёвые неоново-зелёные наушники будто бы нарочно прижимали торчащие во все стороны волосы. Светлые, льдисто-серые глаза мальчика могли бы стать той единственной запоминающейся деталью, но злость, ясно читавшаяся на его лице, не давала их заметить.