Спешл: Пестики и тычинки. Часть 1
Тишину салона нарушало только прерывистое дыхание и приглушённый шум двигателя, работающего на холостых оборотах. Чёрный внедорожник стоял в тени огромного дерева, вдали от фонарей, но даже в полумраке было заметно, как медленно затягиваются испариной стёкла.
На заднем сиденье Ламин сидел, откинувшись на спинку, и смотрел на Монику тяжёлым, мутным от желания взглядом. Она сидела на нём верхом, уткнувшись носом в его шею, вдыхая терпкий запах кожи, от чего внутри всё сжималось и сладко ныло.
Его руки не могли остановиться. Пальцы впивались в её бёдра, сжимали ягодицы, проминали упругую плоть сквозь тонкую ткань платья. Он приподнимал её и снова опускал, насаживая на себя, задавая медленный, тягучий ритм. Из горла девушки вырывались приглушённые стоны, которые он тут же ловил губами, врываясь языком в её рот. Он целовал её жадно, глубоко, со смачным влажным звуком, облизывал её губы, прикусывал нижнюю, пока она не начинала тихо постанывать от боли и удовольствия.
— Ламин... — выдохнула она, отрываясь от его рта и запрокидывая голову. — Ты так... я так тебя хочу...
В ответ он лишь рыкнул и впился поцелуем в её открытую шею, одновременно задирая подол её платья выше, оглаживая горячую кожу. Одна его ладонь скользнула по позвоночнику вверх, нащупывая застёжку бюстгальтера.
В какой-то момент Моника, движимая внезапным порывом, медленно сползла с его колен. Она опустилась на колени на мягкий коврик салона, между его широко разведённых ног. В салоне было темно, лишь тусклый свет с улицы пробивался сквозь запотевшие окна, очерчивая её силуэт и блеск широко раскрытых глаз.
Она посмотрела на него снизу вверх. Даже спустя столько раз, когда они уже давно изучили тела друг друга, этот момент всегда заставлял её внутренности сжиматься от странной смеси желания и смущения. Она видела его возбуждение, тугой бугор под ширинкой джинсов, и каждый раз её дыхание сбивалось.
Парень протянул руку, убрал прядь волос с её лица, заправил за ухо. Его пальцы задержались на её щеке, поглаживая скулу. В этом жесте была нежность, резко контрастирующая с его тяжёлым, хищным взглядом.
— Иди ко мне, — прошептал он хрипло.
Моника сглотнула, опустила глаза и потянулась к пуговице на его джинсах. Пальцы дрожали, и она мысленно выругалась. Пуговица поддалась не сразу, но когда ширинка наконец расстегнулась, она облегчённо выдохнула. Ещё одно движение — и она стянула край боксеров, освобождая его.