Полночь

Вечером в комнату Эйлин постучался лорд Манн. Принцесса отперла замок и заставила дверь распахнуться через дистанционное управление. Манн застал Эйлин сидящей на кровати в пижаме, с планшетом в руках. Он успел заметить, как при его появлении Эйлин молниеносно подвернула под себя голые до колен ноги и напряглась. Несмотря на полное дезабилье, принцесса отчего-то оставила на шее ожерелье. Но спрашивать об этом Манн не собирался. Другие вопросы, куда важнее чувства стиля и странных привычек наследницы трона, требовали немедленного обсуждения.

Прежде, чем Лорд земной культуры приблизился к ее кровати, Эйлин выкрикнула:

— Вы посмели разместить мои фотографии в прессе!

— Мне должно быть стыдно?

— Я имею в виду те, которые были сделаны... тут. Не во время приема женихов. В неглиже.

Лорд Манн виновато вздохнул.

— Я должен объяснить свои действия. Разумеется. Но мне кажется, Вы и сами понимаете, даже если боитесь озвучить эти мысли. В Сети много всего. Она глубока.

— Бездонна.

Манн скосил глаза на планшет. Сперва ему показалось, что Эйлин рассматривает собственные фотографии в газетах, но потом до него дошло, что на экране не ее лицо. Похожее, тем паче на человеческий взгляд, но определенно не ее. Особенно легко бросалась в глаза разница, если попробовать сличить фото и настоящую, сидящую рядом Эйлин.

— Это девушка, которую пытались выдать за принцессу.

Манн молча потупился. Значит, теперь Эйлин знала, что большинство ограничений Лорд-Председатель ввел именно после того случая. Да, Ордрик пытался представить дело как вынужденное ужесточение мер, защиту от ошибки... Однако достаточно было вчитаться в текст постановления, чтобы понять правду. Председатель просто накладывал свою розовую когтистую лапу на деньги императорской семьи. Не имея возможности занять трон, он хотел по крайней мере прикарманить ее активы. Если бы сам лорд Манн не вмешался, Ордрик давно бы растратил все до последней единицы. А так — лорды Совета ждали, пока не истечет срок в пятьдесят пять лет. Именно это время считалось критическим для любой планеты без устойчивого правления. Что уж говорить о Конклаве, состоящем из сорока обитаемых планет... Да, эту инициативу — ввести срок, после которого династия может быть сменена, лорд Манн поддержал. Однако он молился, чтобы Ордрик не прожил достаточно долго, чтобы трон достался ему.

Манн иногда думал, не сплоховал ли он? Был ли Ордрик так уж ужасен? Стань он Императором — что бы изменилось?