Глава 25

    ...полностью скрывали ночную тьму за окном, и в комнате лишь тускло мерцал жёлтый свет одинокой лампы. Чжэн Чунь до сих пор не понимал, что собирается делать Вэй Чи, и застыл у двери, боясь пошевелиться.

    — Иди сюда, — сказал Вэй Чи, протягивая к нему руку в приглашающем жесте.
Чжэн Чунь поджал губы, чувствуя, что это очередной трюк, чтобы поиздеваться над ним. Он сделал несколько шагов вперёд и встал перед мужчиной, но не принял протянутую руку.

    — Что ты хочешь, чтобы я сделал?

    — Танцевать! — Провозгласил Вэй Чи и, резко обхватив Чжэн Чуня за талию, притянул его к себе.

    Рука мальчика случайно коснулась тела Вэй Чи, что разбередило его рану.

    — Ш-ш-ш... — Невольно вырвалось из полусомкнутых губ Чжэн Чуня. Но Вэй Чи уже схватил его руку и зажал её в своей ладони. Глаза Чжэн Чуня расширились от ужаса. «Он что, собирается сломать мне все пальцы?»

    Вэй Чи поднёс руку Чжэн Чуня к своим губам. Пальцы были в шине и обмотаны марлей, и лишь их кончики оставались открытыми. Губы Вэй Чи коснулись этого кусочка кожи.

    — Прости.

    Чжэн Чунь остолбенел. Что задумал Вэй Чи? Этот жестокий человек на самом деле извинялся перед ним? Неужели это очередная уловка? Чжэн Чунь попытался высвободить руку, но её сжали ещё крепче. Губы мужчины скользнули по ране, затем перешли на тыльную сторону руки мальчишки.

    — Будь умницей, не зли меня, — прошептал Вэй Чи.

    Его обнимали, зажали руку, и закружили в танце. В голове Чжэн Чуня царил хаос, он чувствовал, как его сознание путается. Он совершенно не понимал, что это за новая дьявольская уловка. Из патефона лилась печальная музыка, в такт которой Вэй Чи вёл Чжэн Чуня шагами, от которых у мальчишки кружилась голова. Это сложно было назвать танцем. Скорее Вэй Чи просто тащил его за собой. Когда пластинка закончилась, Чжэн Чунь почти обессиленный, рухнул на Вэй Чи.