-5-
Я вернулась домой, когда часы показывали полпервого ночи.
Миша просил меня остаться с ним, но я, немного успокоившись и приведя мысли в порядок, решила, что оставлять отца надолго наедине с его новым ребенком, не стоит.
В доме было тихо. Впрочем, как всегда. Обычно в это время папа еще сидел за компьютером, поэтому я без промедлений постучалась в его комнату.
— Пап? — негромко позвала я его и снова постучала чуть громче.
Он не отзывался, и я потянула за ручку.
— Саша! — тут же из-за двери шикнул на меня отец и буквально выпихнул из комнаты в коридор.
Он был в своем банном халате, который поспешно завязывал поясом на талии. Очень странно, ведь папа надевал его лишь в баню, а по дому всегда ходил в спортивных штанах. Только если они не топили ту самую баню. Я внимательно рассматривала его с головы до ног, будто хотела убедиться, что моего отца не растащили по частям тела. К счастью, он был цел, но почему-то раздражен.
— Тебе чего? — грубовато выплюнул он шепотом.
Я снова почувствовала то разъедающее чувство обиды.
— Ты злишься? Почему ты злишься? Что я сделала? — не с этого я хотела начать разговор, но слова сами вырвались из комка сдавленных дневных чувств.
Отец вздохнул и оглянулся на закрытую дверь его комнаты, но раздраженность не прошла. Он схватил меня за руку и оттащил подальше, как будто боялся, что нас кто-то услышит.
— Не спрашивай, Александра! — уже громче произнес он все тем же ядовитым голосом. — С каких пор ты устраиваешь сцены? Да, это мое прошлое, и я не собираюсь от него отворачиваться. А свои выходки оставь при себе. Андрюша и Катенька останутся здесь, и ты либо примешь их, либо я дам тебе деньги, и можешь съезжать.
Я выпучила на него глаза, пытаясь переварить все то, что сказал мне папа.
— Ты... выгоняешь меня? — мой голос дрогнул, и вновь заложило нос.
— Я этого не говорил, — закатил глаза папа. — Я сказал, что ты должна найти с Катей и Андрюшей общий язык. Решай сама. Я приму любое твое решение.
Вот эта настоящая родительская любовь! Эти золотые слова о том, что он примет любое мое решение, должны свидетельствовать о цивилизованности, лояльности и, конечно, заботе. Вот только отец только что поставил мне ультиматум, и никакого выбора на самом деле у меня нет.
Я открыла рот в немом вопросе, никак не веря своим ушам.
— Решай, — повторил он и развернулся, сделав несколько шагов в сторону комнаты.