Глава 7: Привет, одиночество!
Я сама будто прониклась, если честно.. ^^'
---
Их жизнь к семидесяти годам стала образцовой картинкой из каталога тихой старости. Два года назад Финну поставили диагноз - редкая форма рака сердца. Врачи давали два года, с условием: покой, никаких стрессов, медитации. Альберт стал идеальной сиделкой. Он водил Финна в зоопарк, на концерты, в музеи - смотреть на мир, который тот пропустил, с головой уйдя в работу. Каждая поездка выматывала Финна, но Альберт был неумолим в своей заботе. Он наполнял их общую жизнь яркими, утомительными впечатлениями, словно спешил поставить галочки в невидимом списке.
В то весеннее утро Альберт чувствовал это костями - осталось три дня. Не больше. Он готовил завтрак, тихо напевая. Действия были отточены до автоматизма: нарезать фрукты, сварить овсянку на воде, разогреть молоко. Ритуал.
Финн появился на пороге, держась за косяк. Его некогда яркие голубые глаза потускнели, кожа натянулась на лице, как пергамент. Он попытался улыбнуться.
-Иду, родной... - голос был хриплым, каждое слово давалось усилием. - Даю себе минутку...
Он побрёл к столу, каждый шаг - победа над немыслимой усталостью, и грузно опустился на стул, запыхавшись.
Альберт наблюдал за этим, и что-то внутри него, холодное и аналитическое, отметило: «Стадия полного физического истощения. Когнитивные функции ещё сохранны, но контроль над телом почти утрачен». Он подошёл и обнял Финна сзади, прижавшись щекой к его редким седым волосам.
-Ты сегодня неважно выглядишь, - прошептал он, и в его голосе была идеально смоделированная грусть. Он повернул лицо Финна к себе и нежно поцеловал в висок. - С добрым утром, любимый... Как спалось?
Финн только промычал что-то в ответ, закрыв глаза, наслаждаясь прикосновением. Эта была их утренняя игра: Альберт - заботливый хранитель, Финн - благодарный, угасающий питомец.
Позже, когда Финн, уставший даже от завтрака, откинулся на спинку стула, Альберт заговорил снова, продолжая гладить его по голове, как когда-то, в болезни, делала его мать.
-Просто... ты не представляешь, как мне сложно быть одновременно разбитым, заботливым и радостным... - он вздохнул, и вздох этот был шедевром актёрского мастерства - в нём звучала вся усталость мира. - Что я буду без тебя делать?
Финн приоткрыл глаза. В них, сквозь пелену боли, вспыхнул последний огонёк.
-Мой мальчик... - прошептал он. - Ты уже делаешь меня счастливым. Каждым днём. Не меняйся. Никогда.
-Но я должен. Для тебя. Что бы ты хотел, чтобы я сделал? Ради тебя?