***32***

Мысли из головы будто вымело, когда один из людей Холлорана поднял ее за локти и поставил на ноги. Она ненавидела это до зубовного скрежета: полная беспомощность, цепкие руки, чужое тело за спиной на расстоянии нескольких дюймов, запах мужского пота, от которого ее начинало выворачивать наизнанку. Зубы застучали, в глазах потемнело, и она не выдержала — с коротким яростным криком принялась выдираться из рук державшего ее наемника. Тот схватил ее за горло, но мало помогло, она продолжала, хрипя, дергаться и пинаться, как сумасшедшая. Тогда Холлоран ударил ее в лицо, а потом в живот несколько раз, и она обнаружила себя на коленях, тупо пялящейся на его начищенные сапоги.

— Ты мне все равно все расскажешь, — сказал Холлоран почти ласково. — Это всего лишь разминка. Не надо меня недооценивать. Давай, сбереги мне время и силы, глядишь, я и подобрею. Я не так много хочу. Имя заказчика и номера твоих счетов. С паролями, разумеется.

Прежде чем заговорить, Нэлза выплюнула кровь. Зубы были целы, но это ненадолго.

— Давай поговорим, как деловые люди. Отпустишь парня — получишь доступ к черному счету. Тридцать штук. Ты за это купишь себе целый гарем.

— А если я просто разнесу твоему любовничку башку, а, Нэлза?

Холлоран, усмехаясь, подошел к Ариэлю и приставил дуло бластера к его затылку. Глаза мальчика не отрывались от Нэлзы, их выражения разобрать было невозможно. Его лицо оставалось неподвижным, будто он не вполне понимал, что происходит, или оцепенел от ужаса.

— Чистый блеф, Холлоран. С кем ты потом будешь трахаться, с трупом? Так и не попробуешь мальчика? Он сладенький, я его часто подкладывала под заказчиков, все были довольны.

— Ладно, уговорила, — покладисто согласился наемник, убирая бластер в кобуру. — Развлечемся с ним у тебя на глазах. Всей командой. Любишь порнушные шоу? А то, что от него останется, выкинем в космос.

И это тоже стопроцентный блеф. Холлоран наверняка не уступит мальчика никому из команды, оставит для себя, хотя бы на первое время. Было что-то такое в его глазах, когда он предлагал за него деньги, два года назад на Кендаре. Может быть, даже не станет плохо с ним обращаться. Он ведь еще ни разу его не ударил, это что-нибудь да значит; может, и другим запретил, что-то не видно у мальчика синяков. И он сам не замечал, сколько подавленной чувственности и нежности в том, как он поигрывал прядью волос Ариэля, выбившейся из хвоста на затылке.

Но Ариэль этого не знал.