ɪɪ. нᴏ чудᴏʙищᴀ нᴇ ᴨᴩиɯᴧи - я ᴨᴩᴏждᴀᴧ их цᴇᴧую нᴏчь.
Как оказалось, Дима - довольно интересный и начитанный собеседник, с которым можно поговорить на различные темы. И признаюсь, он первый человек, который понял, что меня назвали в честь Николая Александровича. Правда, он даже об этом сам не догадывался. Макаров просто усмехнулся:
«Как Николай II, что ль?»
И какое было его удивление, что да.
Потом пришлось рассказать, что сама судьба так сложилась. Родился я шестого мая, по новому календарю, - по-григорианскому это будет восемнадцатое число - прямо, как и последний монарх. Поэтому бабушка строго настояла на том, чтобы назвать меня в честь царя. Я ей за это очень благодарен, как и судьбе. Ведь могу основательно шутить, что являюсь реинкарнацией Николая Романова.
- Ты не похож на христианина, - говорит Макаров, когда наш диалог плавно задел религию.
Я усмехаюсь. Никто бы не смог даже подумать, что гот каждое воскресенье примерно ходит в храм да молиться. Хотя первое время там я был нонсенс, а детишки тыкали на меня пальцами, дескать, дьявол, а одна бабулька вообще гнала с криками: «Когда будешь выглядеть как человек, тогда и приходи!». Благо, священник оказался нормальным мужиком, объяснив, что Бог встречает не по одёжке и в храм может проходить, кто пожелает. На данный момент постояльцы реагируют на меня нормально, а детишкам даже с интересом рассматривают украшения на мне. Это мило, но когда просят подарить, то начинает раздражать. Я похож на Деда Мороза?
- А почему бы верующему не решать как ему выглядеть? - спрашиваю я. Изначально, в храм ходил только, из-за бабушки, потому что здоровье у неё слабое, в любой момент может стать плохо, а после её смерти я соблюдаю последнюю волю покойницы. Точнее одну из. Первая заключалась в том, чтобы на её могиле остался деревянный крест, но родители это не учли. Решили, что правильнее будет поставить надгробный камень.
Но мама, как человек неверующий от этой идеи отказалась. Памятник-то последнее будет. А люди, что подумают, если узнают, что на могиле стоит деревянный крест? А объяснить, что всем похуй никак нельзя. Отец мой просто тряпка, который мамаше и слово против сказать не может. Сколько в нашей семье ссор, ругань было - посчитать не возможно. Я даже не хочу вспомнить сколько доставалось мне, когда я посмел им перечить во время ссор... да и если игнорирую, то тоже. Мать, словно не слышат никого, кроме себя и собственных предрассудков. Я не могу принять своих родителей, ибо они не принимают меня таким, какой есть: не идеальный сыночка; с дебильными, по их мнению, увлечениями; не поддерживали ни в одном начинании.
Даже игру на гитаре они называли просто шумом, хотя учительница всегда говорила им, что я самый лучший ученик. Занял первое место? Молодец, но ты к математике готов? Завтра же контрольная будет! Моя мать - самый лицемерный человек, коего доводилось встречать, ибо если похвастаться перед гостями она самая первая: смотрите какой Коленька у нас молодец! Первое место получил. И не абы где, а на региональном конкурсе! Ехидных замечаний я никогда не сдерживал, всегда цитируя замечания матери. Как же в эти моменты суку корёжило.
Я ни в коем случае не злопамятный. Просто злой и память у меня хорошая.
В груди что-то неприятно защемило. Липкое осознание того, что родные - были ль они таковыми? - люди ни разу меня не хвалили. Я ни разу от родителей не слышал, что они меня любят. Лишь упрёки и то, что я должен лучше стараться, рукоприкладство, оскорбления... но почему-то чужие люди принимают меня таким, какой я есть. Почему от незнакомцев можно услышать похвалу, а от родителей - нет, даже когда из кожи вон лезешь?
П О Ч Е М У ?
Разве простое «ты молодец» - это сложно. Разве поддержать своё чадо такое нереальное дело? Разве быть на самых важных для ребёнка событиях - невыполнимая миссия?
р а з в е я м н о г о п р о ш у ?
Я почувствовал как сердце забилось быстрее, словно при тахикардии, а личные «демоны» вновь окружили меня. Снова. Убегая от прошлого, я не учёл факт, что оно вцепилось в меня как клещ. Сколько не старайся - оно настигнет меня.
Я снова слышу как она кричит на меня, строит из себя жертву и несчастную. Я снова вижу, как она рушит мою комнату: разбирает гипсовые скульптуры, которые я делал сам, разрывает тетрадку с нотами, топчет нарисованные на ватмане картины, выкидывает в окно бижутерию, срывает плакаты, ломает фигурки, рвёт комиксы, режет ножницами новые гитарные струны, а попутно я узнаю какой же отвратительный сын, аморал и гнида, потому что вновь довёл мать. Я снова чувствую её ладонь на своей щеке, снова чувствую синяки на теле, которые нужно скрывать. Я снова слышу как она кричит - в моей голове, разумеется, - что я ей больше не сын.
Воздуха не хватало. В комнате стало душно. Голова кружится. Музыка на фоне стала просто шумом в ушах.
«я снова маленький: солнце яркое, мама опять сильнее всех в мире;
я снова боюсь собак и оставаться один в квартире,
а деревья такие большие, незнакомые плохие слова.
поиграем в прятки? мне, как раньше, по пояс трава.
это я не достаю до пола ногами
или пол до моих ног не достаёт?
те, кого я считал врагами
просто делают мёд, просто делают мёд.
это я! только дети трясут головами.
не узнали меня? говорят, что не смогут помочь.
я стал сильнее, и теперь я не лягу к маме,
но чудовища не пришли - я прождал их целую ночь.
я ещё не разучился радоваться: рисую осколками кирпичей;
в резиновых сапогах не страшно мерить весной ногами ручей,
красные яблоки падают вниз, когда ветер сильнее дует.
тише, меня зовут есть! я не голоден, но никого не волнует.
я не достаю до пола ногами
или пол до моих ног не достаёт?
те, кого я считал врагами
просто делают мёд, просто делают мёд.»
з а ч е м ?
Зачем я начал вспоминать этот Ад? Как вообще работают мысли? Почему они вечно загоняются не в то русло?
Я помотал головой.
Лицо собеседника было искажено в любопытстве. Макаров слегка склонил голову вправо и сощурил глаза.
- Всё хорошо? - спросил Дима. - Просто выглядишь хреново как-то...
- Да всё нормально, - отмахнулся я, подтверждая свои слова дежурной улыбкой. - Просто здесь слишком душно.
«это я! только дети трясут головами
не узнали меня? говорят, что не смогут помочь
я стал сильнее, и теперь я не лягу к маме,
но чудовища не пришли - я прождал их целую ночь.
снова зима: меня везут на санках, снеговик до утра подождёт,
а дома тепло и пахнет ёлкой, в клубок свернулся кот.
вот моё отражение в шаре, гирлянда мигает цветными огнями,
я сижу на скрипучем стуле и не достаю до пола ногами.
я не достаю до пола ногами
или пол до моих ног не достаёт?
те, кого я считал врагами
просто делают мёд, просто делают мёд.
это я! только дети трясут головами.
не узнали меня? говорят, что не смогут помочь.
я стал сильнее, и теперь я не лягу к маме,
но чудовища не пришли - я прождал их целую ночь.»
-ˋ₊˚.☆.⁺˚:p⋆₊
Я запил таблетку виски - дешёвым и паршивым - за что мой организм мне спасибо не скажет. С Димой мы обменялись контактами и он стремглав помчался к своей ненаглядной, как он выразился, бабочке. Среди распространённых «котиков» и «зай» это прозвище звучало оригинально.
Люди в моей жизни появлялись очень быстро и так же стремглав уходили из неё, поэтому и привязываться к людям я не спешил. Их же в конце концов не будет. Да и смерть никто не отменял.
- Хэй, готический принц, грустным не платят, - я обернулся в сторону голоса. Рядом со мной из ниоткуда появилась девушка с каре крайне симпатичною внешностью: светлая кожа, тёмно-русые волосы, на лице улыбка, а зрачки широкие, практически закрывают всю радужку. Внешне она напоминает солевую панкуху из девяностых, которая слушает «КиШ» и уже готова прыгнуть со скалы под припев этой песни. А ещё на ключице виднелась татушка с каким-то витиеватым узором. Кажется, цветы.
В Питере так много ярких людей. Непривычно. В моём городишке все были практически на одно лицо, если не брать в расчёт маленькие компашки подростков, которые по большей части считались изгоями. В школьные годы, где-то до класса седьмого, меня даже пиздили на заднем дворе, потому что слишком женственный. В один из таких дней это увидел кто-то из учителей, донёс директрисе, а затем разборки с родителями и разговоры со школьным психологом. И я оказался виноватым. Потому что молчал.
«Коль, ты ведь понимаешь, что о таких вещах молчать нельзя?» - к школьной психологини доверия не было. Я только поджимал губы и сжимал кулаки, опустив глаза в пол. Дал чётко понять, что говорить не намерен. Какая разница сказал бы я это или нет? Родаки же вечно заняты своими важными делами.
- Готический принц? - да, единственное, что меня смутило было прозвище. Сейчас я отнюдь не был похож на принца: голова грязная, а одет в давно выцветшую футболку, которая в этом мире уже видела всё, поверх была одета тоже не новая олимпийка «Adidas», кажется, со времён перестройки - я её у дяди навсегда одолжил - и единственная новая вещь - джинсы, что носить я буду их до дыр. Сейчас я точно не в амплуа принца.
- Ну, черты у тебя... аристократичные, - пожала плечами девушка, улыбаясь во все зубы. - Будто с портрета сошёл. Я, кстати, Кристина, но можно просто «Крис», - она протянула мне ладонь, которую я пожал. Ладонь у неё тёплая, кожа. Выпускать не хотелось, но я это сделал. Орущий голос в голове становился тише, заменяясь на рокочущие басы. - Полное имя не люблю.
- Ник. Зови меня Ник, - мои слова прозвучали сухо. Сегодня я не был настроен на знакомства. Да и вообще не был на что-то настроен. Голова жутко болит. Ощущение, что там кто-то изнутри в ней копается. Довольно неприятное ощущение, по правде говоря. Мозг в такие моменты формирует единственное желание - сдохнуть. Хотя желание умереть стало для моего состояния естественным. Порой даже не различаю говорю это на полном серьёзе или просто... шутка. Грань между ними тонкая, словно лёд.
- У меня так собаку звали, - невзначай хмыкает Кристина, слегка загрустив. - Умер два года назад. Старый очень был...
- У меня тоже собака была, - отвечаю я, прокручивая в руке стаканчик с алкоголем. - Правда повесилась... поводок зацепился об небольшой заборчик в городе, а этого никто и не заметил, так и задохнулась. Папа сказал, что это потому что хаски тупые.
По лицу Кристины было непонятно смеяться ей или плакать. Поэтому промолчала.
- М-да... у меня батя, когда хомяка дверью захуярил и то говорил что-то более подбадривающее, - затем она потянула за рукав олимпийки, утянув на танцпол. - А ты любишь танцевать? - я уже хотел открыть рот, дабы ответить, но Крис мне этого сделать не дала. - Я очень! А ещё я очень обожаю Майкла Джексона.
- Это вообще-то The Beatles.
- А да..? Ладно, похуй.
Кристина напоминала искру. Маленькую, но очень яркую. Она говорит без остановки и о всём, соскакивая с темы на тему. Мой пьяный мозг просто не успевал обрабатывать этот неожиданный поток информации. Отключился я уже на моменте, когда она начала говорить, что мир - иллюзия и всё не настоящие, но опомнился, когда разговор неожиданно зашёл о школе.
- Учителя уже затрахали со своим ОГЭ, - жалуется Крис, размахивая руками, из-за чего пару раз попала мне по носу и долго извинялась. - Дескать, Исаева как сдавать будешь? У тебя ж голова из картошки. Мне вообще в прошлом году учительница по русскому тройку поставила только при условии, что после выпуска я найду мужа-иностранца, уеду за границу и никогда не буду вспоминать родной язык!
- ОГЭ? - встрепенулся я и глупо уставился на Кристину. Никогда бы не подумал, что она в классе девятом. Выглядела старше. Возможно, дело было в её поведении. - Так ты... малолетка?
Исаева в ответ на меня глупо уставилась, словно не понимая моего удивления.
- Ой, только не надо делать вид, что сам весь белый да пушистый, - фыркает она, закатывая глаза. Я читать рацеи Кристине не собирался. Сам же вечно сбегал из дома, уезжая в соседний город на концерты или на всякие вписки. Да и старше я её на года два-три.
- Тебе же шестнадцать? - спрашиваю я, на что Крис кивает. Протягиваю пачку сигарет ей, дабы как-то перевести тему. - Если хочешь курить, то держи.
★
соя не разучилась писать? что?
подписываемся на мой тгк mcsoya.