part 6
Проснулись девушки от резкого, звенящего удара – гонг, раскатившийся по комнате, как металлическая волна. Яркий свет ворвался сверху, полоснул по глазам, будто кто-то безжалостно сорвал с них последний клочок темноты и спокойствия. Дышать было тяжело – воздуха мало, места мало, и всё тело ныло от того, как тесно приходилось спать, постоянно оберегая на себе техники и датчики, к которым их прицепили ещё на начале съёмки.
Бойко медленно разлепила веки. Каждый миллиметр движения отдавался тупой болью в голове, что было последствием двух суток без сна, безжалостно выпитых бесчисленных литров алкоголя и ещё порошка, который она принимала перед входом на проект и за несколько часов до этой ночи. Организм уже давно работал на последнем паре, ломая её изнутри, тошнота, дрожь, требуя ещё и одновременно ненавидя каждое это «ещё».
Она засыпала сидя, полусогнувшись, а проснулась лёжа, полностью прижатой. Тугой кокон из тёплых тел держал её, словно в плену. На левой руке лежала Рони – аккуратно, почти у самого угла ямы, едва не съезжая носом в её шею. На бедре чувствовалась тяжёлая, тёплая ноша и брюнетка не сразу поняла, чья – пока не зацепила взглядом короткие пепельные волосы, собраны в небольшую петельку на затылке. Медведева. Та мирно сопела, будто не в яме с сорока камерами, а дома у бабушки, использывая Дианину ляжку как подушку. И, по ощущениям, прекрасно спала. А ниже, на голени, тоненько, свернувшись клубком, лежала ещё одна пацанка – Юля.
Диана моргнула ещё дважды, пытаясь прогнать жгучий свет и глухое эхо в черепе. Глаза щипало, горло было сухим, будто вчера она пила не алкоголь, а песок. В груди неприятно поднималась тревога – та самая, химическая, липкая, от которой не убежишь. Она требовала повтора, но больше это было невозможно. Бойко медленно протёрла глаза обратной стороной ладони – жест вышел слабым, почти детским, будто не было в ней всей той дерзости, с которой она обычно держит удар. Вокруг начали шевелиться остальные. Одна за другой девушки просыпались, поднимая головы, сонно моргая, и так же не сразу понимая, где находятся. Диана попыталась чуть привстать, но тела цепко держали её, и она только тихо выдохнула, чувствуя, как сердце ударяет о рёбра – резко, неровно, словно сбилось с ритма за все эти двое или даже трое суток. Уже сбилась со счетов сколько тут находятся. И сколько тусила до этого самого дня