ГЛАВА 7 Последний ход. Когда молчание дороже жизни

Ночь перед большими решениями всегда обманчива. Она тише обычного, город старается не шуметь, будто понимает: сейчас лучше не привлекать внимания. Я ехал без цели, просто давая времени стекать. Иногда важно не спешить, чтобы не подсказать врагу, где именно ты собираешься ударить.

Призрак сидел молча. Это было плохим знаком.

— Ты слишком спокоен, — сказал я.

— Я считаю, — ответил он. — Сколько вариантов у тебя осталось.

— И сколько? — спросил я.

— Один честный и два самоубийственных, — сказал он. — Ты, как обычно, выберешь третий.

Я усмехнулся. Он знал меня слишком хорошо.

У Верховного дома было одно уязвимое место, о котором они предпочитали не думать: они верили, что всё происходит у них. Их залы, их протоколы, их стены. Но мир был больше, чем замок, и даже ангелы не могли отменить факт, что некоторые вещи происходят снаружи.

Я поехал туда, где начинались старые мосты — каменные, треснувшие, построенные ещё до того, как Совет решил, что порядок можно стандартизировать. Там всегда было много свидетелей и слишком мало контроля. Идеальное место для разговора, который нельзя отменить.

Элиана пришла сама. Без плаща, без символов, просто женщина, которая слишком многое знала.

— Ты уверен? — спросила она. — После этого тебя уже не "переведут". Тебя будут стирать.

— Я не собираюсь оставаться чистым, — ответил я. — Я собираюсь оставить след.

Она кивнула и достала маленький предмет — не артефакт, не книгу. Старую металлическую капсулу.

— Это прототип, — сказала она. — Самый первый. Без доработок. Без защиты. Он нестабилен.

— Ты хочешь, чтобы я... — начал я.

— Нет, — перебила она. — Я хочу, чтобы ты показал. Не использовал. Просто дал им понять, что ты знаешь, как это работает.

Призрак усмехнулся.

— Пугать богов их собственными игрушками. Элегантно.

Мы не ждали долго. Они пришли сами. Не охрана, не солдаты. Лемах, Кассил и ещё двое, которых я раньше видел только на портретах. Верховный дом не любил выходить в город. Значит, ситуация была серьёзной.

— Дор, — сказал Лемах спокойно. — Это глупо.

— Да, — согласился я. — Но эффективно.

Я положил капсулу на каменный парапет моста. Она тихо звякнула, и этот звук показался слишком громким.

— Вы знаете, что это, — сказал я. — И вы знаете, что будет, если кто-то решит, что я больше не нужен.

Кассил напрягся.

— Вы не понимаете, — сказал он. — Это необходимо. Мы не можем позволить системе развалиться из-за отдельных... сомневающихся.

— Астарион был "отдельным"? — спросил я. — Или просто неудобным?

Лемах вздохнул.