Глава 5
- Итак, - меня приковали к мраморной колонне. Коридор с клетками выходил прямо в большой тронный зал, посреди которого находились лишь две колонны, а у стены расположены семь мраморных стульев. Каждое слово, каждый звук отдаются глухим эхом от стен. Крюел развернулся лицом ко мне,
- Эмили, ты ведь умная девочка.- Я хотела кричать, пытаться выбраться из этих веревок, но лишь сдавленный кашель сорвался с губ. Тело начало дрожать, а плечо заболело еще больше. Тупая боль не давала мне покоя. Они слишком туго перетянули веревки. И чёрт возьми, зачем я здесь нахожусь? Что не так сделал Гарри, пока меня не было? Мое сердце сжалось об одной мысли о нем - он всего в каких-то десяти метрах от меня, но мы оба в ловушках, в тот момент, когда он действительно нужен мне.
- Ты ведь знаешь о своем предназначении, - это звучало как утверждение, потому я с любопытством подняла на него глаза. Из меня выжали все силы, но я все еще могла говорить.
- Я ничего не знаю! Отпустите нас... - мой голос дрожал, я сражалась за каждое слово, боясь сорвать его в любой момент. Горло болело, а жажда только осушила его. Мне больно говорить, но я должна узнать. Узнать, почему нас держат здесь и сейчас. И почему я вообще попала сюда.
- Так Гарри ничего тебе не сказал? - ухмылка появилась на его губах. Я отвела взгляд в сторону. С нами находились еще Беччи и незнакомый мне парень. Но, Гарри говорил, что нужно ждать. Что он сам ничего не понимает. Он врал мне? Он все это время мог рассказать мне все? Это ведь он должен был это сделать. Крюел неприятно рассмеялся, подходя ближе ко мне.
- Ты - двенадцатая в кругу белых, - мои глаза широко распахнулись, когда он прошептал эти слова мне на ухо. Горячее дыхание опалило кожу, но я будто перестала чувствовать. Этого... Этого просто не может быть! Я обычный человек, я не похожа на них, и никогда не буду похожа. У меня есть свой мир, своя реальность. Несколько слезинок скатилось по щекам. Я должна проснуться, но слезы такие реальные. Боль такая реальная. Любовь к Гарри... Такая реальная.
- Н-нет, - прошептала я, закрывая глаза. Голос судорожно дрожал, но слова я выплевывала со всей злостью,