ты ведь чтото скрываешь
(от лица Мэри)
Гостиная особняка Майклсонов.
День был томный, воздух — густой, как перед грозой.
Я стояла у окна с бокалом крови, наблюдая за скользящей по стеклу каплей.
Она сползала, как мысль, которую я не могла поймать.
Сзади щёлкнула дверь.
— Мэри, — раздался голос Бонни.
Я обернулась.
— Привет, — кивнула я. — Ты — та самая Бонни Беннетт?
— Ведьма. — Она чуть усмехнулась. — А ты... кто-то гораздо сложнее.
— Люди часто говорят так, когда не могут определить, что именно они чувствуют.
Она приблизилась. Смотрела на меня, как на старую книгу с вырванными страницами. Не с враждой — с настороженностью.
— Ты чувствуешь магию? — спросила она тихо.
— Постоянно. — Я поставила бокал. — Она во мне. Но долго была... спящей.
— А теперь просыпается?
Я не ответила.
Она вытянула ладонь.
— Разрешишь? Я просто... прикоснусь. Только чтобы понять.
Я наклонилась чуть ближе.
— Если рискнешь.
Она коснулась моей руки.
Щёлк.
Как будто мир затрясся.
В комнате на секунду мигнул свет, пол уплотнился, воздух сгустился.
Я слышала, как бьётся её сердце — быстро, как крылья птицы, пойманной в клетку.
Бонни отдёрнула руку.
— Это... древнее. Слои. Огромная сила, но как будто под замком. Кто-то наложил печать?
Я посмотрела на неё внимательно.
— В детстве. Чтобы я не уничтожила всё.
(Пауза.)
Случайно.
Она сглотнула.
— Кто ты, Мэри?
Я только улыбнулась.
В этот момент зашла Кэролайн.
Без стука. Холодная, как ледяной кофе.
— Ой, а я смотрю, тут встреча магических аномалий?
(Улыбка.)
Бонни, осторожней — она может ещё и ворон превращаться.
Бонни напряглась, но не ответила.
Я повернулась к Кэролайн и осмотрела её — от безупречной укладки до каблуков. Она была как всегда — ослепительно-правильная.
— Ты ведь не просто ревнуешь Клауса, — сказала я. — Ты ревнуешь внимание. Его, всех остальных. Мир всегда должен крутиться вокруг тебя?
— Я просто не люблю, когда в наш город заявляются незваные гости. Особенно с... проблемным прошлым.
Я подошла ближе. Настолько, что между нами осталось только напряжение.
— Кэролайн, милая.
(Наклоняюсь.)
Ты боишься меня. Не потому что я опасна, а потому что я — его дом.
(Тихо.)
А ты — лишь его воспоминание.
Кэролайн дернулась, но сдержалась.
— Не думаю, что Клаусу нужен дом, построенный на лжи.
— Хорошо, — я улыбнулась. — Тогда пусть он сам выберет, где его правда.
Бонни только молчала, наблюдая.
Но в её взгляде не было ни страха, ни осуждения.
Была — интуиция.
Она уже знала: что бы ни скрывала я...
это только начало.