8 глава |Настоящая любовь|
Феликс лежал рядом с Хенджином, веки чуть прикрыты, дыхание ровное. Он повернулся к нему и увидел, что тот уже почти провалился в сон. Кончиком пальца он нежно коснулся его щеки и прошептал:
– Я люблю тебя, Хенджин.
Глаза Хвана мгновенно распахнулись. Он взглянул на Феликса, в самое сердце его взгляда.
– Я тебя тоже, – промурлыкал Хенджин и легонько коснулся его носа поцелуем и снова закрыл глаза, погружаясь в дрему.
Феликс улыбнулся, отыскивая свою рубашку. Накинув ее на плечи, он заметил включенную камеру. "Все-таки заснял," – промелькнуло у него в голове, и он, ухмыльнувшись, выключил запись.
Сняв камеру со штатива, он направился на кухню, чтобы взглянуть на результат. На экране разворачивалась их личная история, и Феликс не мог поверить, что это были они. Со стороны все казалось еще более чувственным, обжигающим. Он смотрел, слушал, заново переживал каждый миг, и не заметил, как волна возбуждения накрыла его с головой. Вот Хенджин уже ласкает его, и это было до неприличия откровенно, дерзко, возбуждающе.
– Боже, со стороны это выглядит просто невероятно, – прошептал он, чувствуя, как по телу пробегает дрожь.
Внезапно чьи-то руки обвили его талию. Феликс вздрогнул, едва не выронив камеру. Осторожно положив ее на стол, он повернул голову и увидел лицо Хвана, покоящееся на его плече.
– Нравится? – прошептал Хенджин, обжигая кожу горячим дыханием.
– Да… это безумно горячо, – выдохнул Феликс.
– Еще бы, твой член сейчас такой же горячий, – промурлыкал Хван и, приподняв край длинной рубашки, обнажил восставшую плоть Феликса.
Феликс задохнулся от неожиданности и удовольствия. Он прикрыл глаза, позволяя Хенджину полностью завладеть его вниманием. Тонкие пальцы Хвана скользили по его бедру, вызывая новые волны трепета. Он чувствовал, как кровь приливает к лицу, и с трудом сдерживал стон.
Хенджин обхватил его член горячей ладонью, скользя вверх и вниз в медленном, дразнящем ритме. Феликс задыхался от прикосновений, тихие стоны срывались с его губ.
– Хён… Не надо…
– Почему? Я хочу доставить тебе удовольствие, – прошептал Хенджин, нежно покусывая мочку его уха. Голос его был полон обещаний.
– Ах, хён, прекрати… Пожалуйста, остановись, – выдохнул Феликс, но его слова лишь подлили масла в огонь желания Хенджина.
Хван усилил темп, его рука двигалась все быстрее и увереннее. Он молчал, поглощенный моментом. Когда Феликс был на грани, готовый сорваться в пучину наслаждения, Хенджин резко остановился, лишая его кульминации.
– Хён…? – прошептал Феликс, обернувшись в недоумении.
– Теперь ты будешь просить меня остановиться? – с лукавой ухмылкой спросил Хенджин, обхватывая его бедра и легко усаживая на прохладную поверхность кухонной столешницы.
– Нет… Ах… – простонал Феликс, запрокидывая голову.
– Если ты продолжишь так стонать, я не сдержусь и трахну тебя прямо здесь, на этом столе, – прорычал Хенджин, впиваясь в его податливые губы жадным, требовательным поцелуем.
Поцелуй углубился, языки сплелись в страстном танце. Феликс обвил ногами талию Хенджина, притягивая его как можно ближе. Он чувствовал, как жар разливается по всему телу, каждая клеточка трепетала от желания. Хенджин оторвался от его губ и принялся осыпать поцелуями шею, плечи, ключицы.
– Хён… – снова простонал Феликс, чувствуя, как его тело начинает непроизвольно извиваться.
Хенджин лишь усмехнулся в ответ и переместил свои руки под рубашку Феликса, нежно поглаживая его живот. Он чувствовал, как тот вздрагивает от каждого прикосновения.
– Ты такой чувствительный, – прошептал Хенджин ему на ухо. – Мне нравится.
Затем, одним ловким движением, он расстегнул пуговицу на своих джинсах. Феликс невольно залюбовался внезапно пробудившейся силой Хвана, и тихий стон сорвался с его губ.
– Так ты передумал меня останавливать? – прошептал Хёнджин, прижимаясь к холодной столешнице, на которой тот сидел.
– Н…нет…
Рука Хёнджина обхватила их плоть вместе, и ритмичные движения заставили Феликса вцепиться пальцами в широкие плечи старшего. Голова Ликса упала на плечо Хёнджина, а стоны, сладкие, как запретный плод, сорвались с его губ. От одного лишь этого звука Хёнджин потерял контроль, излившись, а следом за ним и Феликс утонул в волне наслаждения. Не успел Ликс перевести дыхание, как его резко повалили на стол, и обжигающая боль пронзила его.
– Ах! – выкрикнул Феликс, выгибаясь в спине от неожиданности.
– Я заполню тебя до краёв, маленькая шлюшка, – прорычал Хёнджин, вкладывая в каждый толчок всю свою страсть.
– Ах… Хён, слишком… глубоко… – Феликс не успел договорить, как новый, еще более сильный толчок заставил его закричать вновь.
Боль и наслаждение сплелись в тугой узел, сковывая разум и чувства. Феликс цеплялся за реальность, то и дело теряясь в пучине ощущений. Он чувствовал себя сломанной куклой в руках искусного кукловода, не в силах сопротивляться ни нарастающей боли, ни захлестывающему блаженству. Каждый толчок Хёнджина отдавался эхом по всему телу, заставляя его содрогаться и выдыхать обрывки слов, полных мольбы и восхищения.
Хёнджин, казалось, был одержим. Его движения становились все более яростными и требовательными, словно он пытался выжечь свое имя на коже Феликса. В его глазах горел дикий огонь, отражающий собственное отражение в зрачках младшего. Он не слушал просьб, не внимал стонам, лишь продолжал погружаться все глубже и глубже, стремясь к полному единению.
Феликс чувствовал, как его тело горит. Каждая клеточка протестовала и одновременно жаждала продолжения. Он был разбит, сломлен, но в то же время чувствовал себя живым как никогда. В этом безумии было что-то освобождающее, что-то, позволяющее вырваться за рамки привычного и ощутить себя частью чего-то большего.
Наконец, кульминация наступила внезапно. Волной оргазма пронзило тело Феликса, выбивая из него остатки сознания. Он судорожно вцепился в плечи Хёнджина, отдаваясь потоку ощущений, пока его тело не обмякло в полном изнеможении. Хёнджин, излившись следом, рухнул рядом, тяжело дыша и прижимая Феликса к себе.
В наступившей тишине слышалось лишь прерывистое дыхание двоих, словно выживших после бури. Феликс лежал, прикрыв глаза, не в силах пошевелиться. Он чувствовал себя опустошенным, но в то же время наполненным чем-то новым, непонятным и манящим.
🧡🧡🧡
Они вместе, сплетены в один узел судьбы. Феликс, прежде скованный страхом, распахнул врата своей уязвимости. Хенджин, томившийся в мечтах о недосягаемом кумире, обрёл нечто большее – человека, любящего его всем сердцем.
Конец.
Ваша: SooYoon💜