part 8

*****

Тот день я запомню надолго.

Юна вызвала врача на дом сразу же, как рано утром я приползла в общежитие после самого его открытия. Не помню, как добралась до самой комнаты, зато хорошо помню отрезвляющий укол в задницу. И, черт, как же мне было плохо. Провести целую морозную ночь на улице, то и дело скитаясь по дворам, чтобы окончательно не замерзнуть, было самым ужасным опытом за всю мою жизнь.

После перечня лекций врача, записывания соседкой все нужные лекарства и вялого отказа мною от госпитализации, на который ушли все мои силы, я тут же провалилась в сон. Ужасный сон. Мне снились кошмары, странные люди и события, потери, слезы, страхи — все, что температуре угодно. Несколько раз меня будила Юна, что успела быстро сбегать в аптеку с ранним открытием, пичкая какими-то таблетками и сиропами. Затем я тут же упала обратно в кошмары, надеясь никогда больше не просыпаться.

Винила я в случившемся только себя. А кого ещё? Минхо? Явно ведь нет.

Если бы я вообще с ним не познакомилась, то сама научилась бы забираться на эту хрень. Ну, или же после первого вечера поняла, что этот график не для меня.

Он, кстати, даже не зашёл за все две недели моего больничного. Хенджин сказал, что Ли уволился. Неудивительно — думаю, в том кабинете действительно произошло что-то не шибко приятное. И всё же, хоть какая-то крупица надежды на то, что он хоть разок навестит меня, оставалась. Ну, видно, не судьба мне лицезреть его «чудный» лик в качестве заботливого друга. Или, просто знакомого?

— Ещё бы пару дней в постели, — вздохнула я, бросив сумку на пол и увалившись в скрипучее царство подушек и мягкого пледа.
Первый день после больничного на учебе напомнил мне о том, что я давно могла найти себе какого-нибудь мажора из круга общения Юны, который она вечно пыталась мне презентовать, нянчить детей лет так через 10 и варить супчики, между делом выбираясь в люксовый бутик с его картой. Но мы же так любим все усложнять, конечно.

Я потянулась, устало мыча. Все тело по-прежнему ломило, а уж тем более после часового кардио по нашим засыпанными снегом дорогам. В этом году зима явно расщедрилась.

Почти сразу же после той смены, первый раз придя в более менее адекватное состояние, я написала Чанбину о том, что увольняюсь. Не для меня эта работа. Либо, наверное, просто не то место. И не те люди. Не считая Соён, разумеется — ей я тоже писала. Она классная, и мне не хотелось бы заканчивать наше общение на такой ноте.