Звезда и ее тишина

Годы пролетели незаметно, как вода сквозь пальцы. Детский сад сменился школой, школа - Академией. Розалия расцвела. Её пепельно-розовые волосы стали визитной карточкой, а задорный смех разносился по коридорам. Она была той, кто мирил ссорящихся, организовывал праздники и мог разговорить даже самого угрюмого библиотекаря. Друзья липли к ней, как магниты, а поклонники постоянно кружили вокруг, оставляя записочки и подарки.

Но Розалия, при всей своей любви к шумной компании, всегда возвращалась к одной-единственной точке опоры.

Как только звенел последний звонок, она оставляла толпу позади и шла туда, где её ждали тишина и спокойствие.

Они часто сидели в уютном доме Юмико. Розалия могла беззаботно валяться на ковре, болтая о прошедшем дне, а Юмико, словно маленькая фея, сидела рядом, поправляя свои светлые локоны и слушая каждое слово. Эльфийка была идеальной слушательницей - она кивала, задавала правильные вопросы и никогда не перебивала.

Когда наступала очередь книг, Розалия обожала ходить с Юмико в библиотеку. Там всегда пахло пылью и сухими цветами. Розалия сама не была любителем чтения, поэтому она просто садилась напротив, брала какую-нибудь книгу с картинками и... смотрела.

Она смотрела, как Юмико водит пальцем по строчкам, как её светлые ресницы слегка подрагивают, а серые глаза бегают за буквами. Иногда, когда Юмико зачитывала вслух особенно красивый отрывок, её голос звучал как перезвон лесного ручья.

Розалия смотрела на это завороженно.

Шумная, общительная Розалия могла сидеть так часами. Её подбородок опирался на ладонь, а во взгляде не было никакой скуки - только любопытство и бесконечное тепло. Юмико, поднимая глаза от книги, иногда смущалась от этого пристального взгляда, и её эльфийские уши начинали подрагивать. Розалия в такие моменты лишь улыбалась и шептала:

- Не отвлекайся, читай дальше. Мне нравится, как у тебя получается.

И Юмико, краснея, возвращалась к книге, чувствуя, как её сердце бьётся чуть быстрее обычного.

В академии Розалия была душой компании. Но по-настоящему живой она чувствовала себя только рядом с той, кто когда-то, в далёком детстве, подарила ей сиреневый браслет.