Проклятая неделя

Денис
Я не устал. Я, твою мать, задолбался, как последний черт, что варится не один десяток лет в адовом котле!
    Вся неделя — сплошные испытания на прочность. Или, лучше сказать, безжалостное уничтожение моих нервных клеток.
Когда ближе к вечеру пятницы, после больницы, я вновь прибыл в компанию, началась моя личная серия бессонных ночей. В больнице я пообещал дяде Мише сделать все возможное, чтобы помочь с его бизнесом. Сам он пока ничего сделать не мог — врачи строго наказали на несколько дней оставаться в больнице. Восстанавливаться: побольше отдыхать и поменьше нервничать. Я не был уверен, действительно ли смогу как-то повлиять на проблемы такого крупного бизнеса, но понадеялся на лучшее.
    Возле кабинета генерального директора (дядя Миша дал добро, что пока разбираюсь с проблемами, я работал у него в кабинете), куда я первым делом отправился, еще из далека заметил маячившего у дверей человека. Это оказался незнакомый мне мужчина лет сорока. Одетый в тарракотовый костюм, высокий, лысый, в немодных очках и с длинной темной, местами седой бородой. Вероятно, один из работников офиса.
    — Здравствуйте, — поздоровался, уловив взглядом, что незнакомец спешно достает из дверной скважины ключ.
    Это что еще номер?
— Здравствуйте, — натянул на лицо приветливую улыбку, пряча ключ в кармане брюк.
Откуда у этого мужчины ключ от кабинета ген директора? Никто, кроме самого Михаила Эдуардовича или человека, получившего разрешение от него (о подобных разрешениях босс лично сообщает охране, находящейся на первом этаже офиса), его не может взять у охраны. Стоп.. Если ключ от кабинета, который я получил у охраны минуту назад, сейчас у меня, то что за ключ у него? Вряд ли запасной. А ключ был именно от этого кабинета. Не зря же незнакомец пытался открыть дверь.
— Вы кто? — спросил прямо, насторожившись.
— Петр Львович, — нисколько не замешкался тот, — финансовый аналитик.
Я смерил мужчину оценивающим взглядом, но о ключах не успел заикнуться, хотя очень хотел. Петр опередил меня.
— А вы?
— Денис Игоревич — личный помощник Михаила Эдуардовича.
— Надо же, такой молодой и уже помощник. Похвально. Только вот не знал, что у Михаила Эдуардовича он есть.
    — А я не знал, что в отсутствии босса простые сотрудники могут заходить к нему в кабинет.
    — Я его нет? — натурально удивился. Так и не скажешь, что мужчина что-то вынюхивает. А он вынюхивает. Не зря пытался открыть дверь, пока босса нет. Босса нет.. Ход шестеренок ускорился, словно из только что смазали специальным маслом. Возможен ли вариант, что Михаил Эдуардович потерял сознание не только от волнения? Может, он не все мне рассказал? И если мои догадки верны, то этот мужчина.. Не простой офисный работник, а еще и шпион. А что, если предатель, что слил важную информацию сейчас стоит прямо передо мной? Может дядя Миша ошибся и никакой это не Олег Максимович? Надо проверить..
    — Нет, но скоро будет, — соврал и посмотрел на наручные часы, — минут через пять.
    Глаза Петра Львовича похолодели. Всего на секунду. Но мне хватило этого мига, чтобы увидеть, как незнакомец выходит из образа простого работника.
    Мужчина заглянул в сумку и вздохнул. Подняв голову, сообщил:
    — Что б меня! Папку с документами забыл. Голова дырявая, — почесал висок, создавая вид растерянности. — Наверное на своем рабочем столе оставил. Пока не поздно, сбегаю за ней.
    Как я и полагал — услышав, что Михаил Эдуардович скоро вернется, мужчина сделает ноги.
    Первым, что я сделал, зайдя в кабинет — позвонил дяде Мише с просьбой приставить к кабинету охрану. Не хотел лишний раз нервировать, но по одной моей просьбе охрана не станет караулить сутками. А повторной попытки взлома допустить никак нельзя. Я бы вообще замки поменял. Так и поведал дяде Мише, на что тот обещал подумать, но пока мы сошлись на охране.
    — Ты запомнил как выглядит этот человек?
    — Мужчина средних лет, лысый и с темной бородой. Примерно моего роста. Худощавый довольно. А, — вспомнил одну деталь, — он финансовый аналитик вашей компании. Петр Львович.
    — Петр? — недоверчиво переспросил. — Денис, ты что-то путаешь. Я точно знаю, что предал нас мой брат, — на последних словах голос мужчины приобрел былую сталь.
    — Мужик сам признался кто он и как звать. Если только.. незнакомец не соврал. Тогда ситуация порядком осложняется. Но, если это правда Петр Львович проворачивает проблема глубже, чем мы думали.
    Михаил Эдуардович замолчал, временно пребывая в своих мыслях.
    — Я доверяю и верю тебе. Пусть не все твои мысли, догадки и методы мне понятны, но ты парень не глупый, знаешь что делаешь — это я знаю точно. Понял еще со школы, когда за Филиппа мои проекты выполнял. Так, — не стал углубляться в эмоции, — я сейчас позвоню охране и сообщу о твоей просьбе. И теперь с подобными вопросами сам обращайся к ней — об этом я тоже предупрежу.