Глава 14

РАФАЭЛЬ

Моя улыбка застыла. Розы. Не от меня.

Внутри что-то похолодело. Кто это? Почему ей присылают цветы? Я почувствовал, как челюсти невольно сжались. Ревность - отвратительное, иррациональное чувство - мгновенно затуманило разум.

Габриэлла взяла букет и коробку, слегка нахмурившись. Она взглянула на меня, и в ее взгляде не было ничего, кроме легкого недоумения. Моя ревность поутихла, но все еще тлела, как уголек.

Она поставила букет на консольный столик, наклонившись, чтобы вдохнуть аромат роз. Затем, как будто вспомнив о коробке, взяла ее в руки. Коробка была плоской, но довольно широкой. Лента легко поддалась, и она осторожно приподняла крышку.

Что-то в ее лице изменилось.

Сначала легкое любопытство, затем замешательство, которое тут же сменилось шоком. Она пошатнулась, словно кто-то толкнул ее невидимой силой, и в следующий миг ее ноги подкосились. Коробка и то, что в ней было, выпали из рук, шлепнувшись на мраморный пол. Габриэлла упала на колени, закрывая рот ладонью, а из ее груди вырвался такой сдавленный, задыхающийся всхлип, который мог означать только одно: боль. Глубокая, невыносимая боль.

-Габриэлла! - крикнул я, бросаясь к ней. Что могло так ее сломить?

Она не ответила. Ее плечи тряслись, а из-под ладони вырывались хриплые, рваные звуки. Ее глаза были широко распахнуты, но смотрели сквозь меня, не видя. Лицо ее почернело от ужаса. Секунда и она резко вскочила с пола, словно побитый зверек, и, не оглядываясь, бросилась прочь, к двери, ведущей в сад.

-Габриэлла! Стой! - я кричал ее имя, но она не замедлялась.

Все в холле замерли. Я же, не теряя ни секунды, последовал за ней.

Вечерний воздух был влажным и прохладным, с земли и растений тянуло запахом сырости и цветущих роз. Луна уже показалась на темнеющем небе, отбрасывая бледный свет на извилистые дорожки и пышные кусты. Я слышал ее быстрые, неровные шаги впереди. Она бежала, не разбирая дороги, словно пытаясь убежать от самой себя.

Я нашел ее под старым, раскидистым дубом, чьи ветви были такими же древними, как история семьи Беллини. Она сидела, скрючившись, прижав колени к груди, и ее тело сотрясалось от рыданий. В руках она все еще держала ту самую коробку, которую уронила, и какой-то клочок бумаги. Дрожь, пронизывающая ее, была видна даже в полумраке.

Я опустился рядом с ней на влажную траву. Голос мой был на удивление спокоен, хотя внутри все сжималось от предчувствия чего-то ужасного.

-Что случилось? Пожалуйста, скажи мне. Что в этой коробке?