Глава 11. Проклятый старый дом
Миша гнал Форд быстро, нас резко заносило на поворотах. Рамсес вдруг зажал рот рукой. По побледневшему лицу принца было видно, что его сейчас стошнит.
— Чтоб тебя Аммат сожрала! Не гони так быстро! — сказал он сквозь зубы.
Миша на этот раз промолчал, но ехать быстро не перестал. Мы летели по трассе с бешеной скоростью.
— От яда не умер, а от поездки, видимо, покину этот бренный мир, — сказал Рамсес, чувствуя, что ещё немного, и его вырвет.
— Просто не смотрите в окно, — обратилась Василиса к принцу. — Тогда вас и тошнить не будет.
— Миш, если серьёзно, ехал бы ты помедленнее. Вдруг нас гаишник сцапает? — сказал Андрей, глядя на спидометр. — Мало того, что ты гонишь, как в последний раз, так ты ещё и несовершеннолетний. Как пить дать сцапают!
— Плевать. Мы с сестрой такое не раз делали, сегодня увидишь, как, — ответил Миша, хитро прищурившись.
— ТОРМОЗИ! — крикнули Рамсес, Василиса и я хором. Впереди стоял полицейский автомобиль, а перед ней — гаишник в кислотно-жёлтой форме.
— Вспомни говно, а вот и оно, — тихо сказал Миша, останавливая Форд, придавив педаль тормоза. Вампир открыл окно.
— Вы задержаны за превышение скоростного режима. С вас полагается взять штраф в размере тысячи рублей. Ваши документы, — Миша вытащил из кармана джинсов паспорт и демонстративно протянул его полицейскому.
— Так-так... Михаил Юрьевич Баженов, возраст шестнадцать лет?.. И ты, несовершеннолетний, гоняешь по трассе, подвергаешь жизни друзей опасности? Тогда мне нужно позвонить твоим родителям, брать штраф с них. И что это за гражданин на заднем сидении? Кого ты везёшь? Говорите!
Рамзес, поняв, что говорят о нём, начал:
— Я фараон девятнадцатой династии, Ра... — он не успел договорить — я закрыла его рот рукой.
— Ты что творишь? Нельзя тебе в нашем времени говорить о том, что ты — древний египтянин. Тебя же в сумасшедший дом отправят, а не в Египет! — прошипела я.
— Куда? — спросил Рамсес.
Василиса сказала себе: «пора!», и зажмурилась. В эту секунду она как будто превратилась в миниатюрную демоницу с ярко-алыми глазами. Её зрачки сузились до размеров песчинки.
— Смотри мне в глаза! — прохрипела она, показывая маленькие, острые клычки. — Ты нас не останавливал и протокол на имя Михаила Баженова не писал, понятно? — Взгляд гаишника стал безжизненным, пустым. — Высокого мужчину южной внешности, говорящего на мёртвом языке, ты и в помине не знал и не видел. Всё. Теперь спи.
Гаишник упал навзничь в грязный сугроб.
— Ого! Ты так мастерски мента уложила — загляденье! — воскликнул Андрей.
— Будем его кушать? — спросил Миша, облизнувшись.
— Тебе лишь бы пожрать! Нет, есть не будем — у него всё-таки жена и двое детей, пожалеем его. И да — его кровь отдаёт гнилью, я такое есть не буду, — невозмутимо ответила Василиса, приняв прежний облик.
Миша вышел из машины и вырвал листок из папки гаишника.
— Нет бумаг — нет дела! — Миша порвал протокол на мелкие кусочки и бросил вверх. — А теперь поехали!
Миша повел Форд немного медленнее, чем обрадовал Рамсеса.
— Долго ещё до деревни? — спросил Андрей, глядя в окно.
— Нет, через полкилометра повернуть направо нужно, — ответила я.
— Угу, — Миша, не отрываясь от руля, включил магнитолу. Из колонок послышалась песня в стиле рок на японском языке (по-моему, из какого-то аниме). Нежный, но сильный женский голос непривычно, но приятно сочетался с резкой рок-музыкой: