Часть 1. ВЕТЧИНА. Глава 1 «Отравление»
Почему человек — существо социальное? С детства она не отличалась особыми коммуникативными навыками, на полке не стоял приз зрительских симпатий, а под кроватью не было коробки из-под обуви с памятной ерундой. В феврале всегда хватало цветочных ваз, а Новый год не начинался с прикосновения двух влажных, уже пропитанным игристым, ртов. Ночью не приходили игривые сообщения, которым в пору быть удаленными на утро. Романы были тихими, совершенно точно не заканчивались громкими сценами и мольбами остаться. Спокойно. Внешне все было сбалансированно: сухое прощание, ведь все мы знаем — долгие проводы — лишние слезы, она не давала никому надежду на второй шанс ровно настолько, насколько и не давала надежду себе на длительные отношения. Успокаивает одно — несмотря на несговорчивость, где-то отстраненность и очевидный страх близости, она смогла окружить себя теми, кто создает иллюзию жизни вокруг нее. Бесконечные друзья и подруги, не боящиеся совершать ошибки, казаться несносными и жалкими — это и есть ее сублимация, возможность копаться в чужом личном белье, не показывая даже своих лямок. Личное — не публичное, — совершенно не о Нью-Йорке.
Очередная пятница, очередная тематическая вечеринка в Вудхэвен, самый центр... Квинса. Прекрасное место для горячих 25-летних особей, однако с небесами ничего общего не имеет, заброшенная железная дорога в центре города тому подтверждение.
Надевает крошечное сомбреро, поправляя уже повидавшие виды соломенные поля, и разочарованно вздыхает. Какой идиот придумал тематику «города мира» для вечеринки? Атмосфера вечеринки ощущается как несанкционированный съезд патриотов со всего мира или консилиум экстравагантных географов-самоучек. Добивает еще то, что города распределялись жеребьевкой. И как тут верить в волю случая, если самому блеклому человеку всего штата достался яркий и экстравагантный Мехико? Вылетает из своей студии, дважды вернувшись обратно, охваченная страхом забыть взять с собой что-то невероятно важное: желание идти и зажигалку. Прыгает в подземку, совершенно не боясь испортить свои новые люксовые туфли, ведь на подпольной китайской фабрике их штампуют сотнями каждый день, а спустить лишние 20 баксов для нее не составляет никакого труда, нужно соответствовать местным эмигрантам с золотыми Rolex за 50 зеленых на запястьях.