Пристальный взгляд чёрных глаз.

Курсивом — русская речь и мат.

***

Оглянулась. Вздохнула. Вроде бы убрала много, а впереди ещё больше. Собралась и пошла, драить ванную комнату. Благо сильных проблем кроме пыли не было. Вымыв зеркало, ванну, раковину, плитки стены, пол. Вытряхнув коврик. Перебрала грязное бельё, расфасовала по цветам и текстурам. Задумалась, кто это будет стирать.

Усмехнулась, у кого магия, тот стирать и будет. У меня физически сил не хватит. Боюсь, завтра будет болеть всё. Даже то, что болеть не должно.

Порадовалась, что туалет с ванной раздельные комнаты. Вымыла. Разогнулась, кажется, что-то хрустнуло. Эх... жизнь моя жестянка. Всёго тридцать годиков, а кости ломит так, будто все шестьдесят. Посмотрела на коридор второго этажа. Усмехнулась. Медленно, но верно, я почти закончила уборку этого дома.

Выдраив пустой коридор. Спустилась в гостиную. Собрала весь текстиль, и потянула вытряхивать на балкон. Открыла окно, промыла щёткой диван, кресла, пуфик. Протёрла полки от пыли, расставила книги. Пока только так как они стояли. Решила заняться расстановкой по алфавиту, тогда, когда будут время и силы. Сейчас же, просто хотелось побыстрее с этим всем покончить.

Скрутила палас. Думала, надорвусь, таща его на второй этаж. Вытряхнула текстиль, вернула на их законные места. Избила ковёр, потащила обратно. Почистила. Помыла окно. Вымыла пол. Удовлетворённо выдохнула. Геракл 12 подвигов совершил, а я отдраила этот дом за день! Я, чёрт возьми, ох**нна!

Вымыла прихожую и, с чистой совестью, взяв новые вещи, пошла, отмокать в ванную комнату.

Я себя настолько живым человеком, ещё никогда не чувствовала. Потрясающе! Нашла мыло. Вымылась. Насухо вытерла тело и волосы. Откопав расческу в пакетах с вещами, расчесалась. Надела удобные спортивные штаны, и кофту.

Вспомнила об открытом окне. Спустилась, закрыла. Вернулась, в спальню разложила свои вещи по полочкам. Оставив в пакете пока то, что класть пока некуда. Резинки, расчёска и всякая такая мелочёвка.

Пришла в кухню, заварила себе чай, приготовила перекус и пошла в гостиную. На часах всего каких-то восемь вечера. Спать, смысла, нет, мне ещё мужу сказки рассказывать. Осмотрелась, нашла «Горе от ума» удивлённо присвистнула. На русском языке. Забавно, но при беглом осмотре книг, нашла много экземпляров русской классики и русскоязычных книг по зельям. Северус фанатеет от России?

Странненько.

Забралась в кресло с ногами, поудобней взяла книгу, раскрыла и погрузилась в чтение. Спустя пару часов, входная дверь открылась и на пороге, появился Северус. Закрыв книгу, положив закладку, чтоб не потерять, поставила на место и пошла встречать.

— Держи, — он поставил у моих ног три пакета. — В первом три средства. Первый для особо неподдающихся пятен. Второе для мытья полов и стёкол. А третье как мыло, подойдёт и для стирки и для мытья посуды. Объёмы видишь. Первые два используй только в перчатках.

— Они подписаны? — серьёзно кивнула я, запоминая указания.

— Да. Если возникнут вопросы, спрашивай, — снимая обувь, и верхнюю мантию, ответил он. Вот умница, даже просить не пришлось. — Во втором пакете, щётки, губки, перчатки и всё, что ты заказывала. Гель, шампунь, бальзам и дезодорант, сварил. В третьем пакете. Так же купил всё, что ты просила из необходимого.

Я улыбнулась, вставая на цыпочки и целуя мужа в губы.

— Спасибо, — погладила его по щеке. — Наколдовывай себе тапочки и иди мыть руки. Я пока погрею покушать.

— Я думал, что ты против магии... — растерялся мужчина.

— Я что-то не припомню, чтоб хоть как-то возражала? — задумалась я. — Я, кстати, хотела попросить тебя побыть стиральной машинкой. Стирать много, а в ручную, не справлюсь.

— Хорошо, на ночь зачарую грязное бельё, утром развесишь... — согласился муж, я его внимательно осмотрела и снова поцеловала.

Пока я разогревала ужин, муж сходил, помыл руки и видимо осмотрелся, судя по шагам. То в одну комнату зашёл, то в другую. Спустился, осмотрел гостиную. Прошёл в кухню и стал пристально следить за мной.

— Я ничего не сломала, не надо на меня так смотреть, — не поворачиваясь к нему, заявила я.

— Как у тебя получилось за день вымыть дом? — спросил он, наблюдая за моими действиями.

— При помощи лома и какой-то матери. Да и не весь дом, чердак и склад я не тронула пока. Сил у меня на них, уже, нет. Ни сегодня и, возможно, даже, ни завтра. Боюсь, я с постели даже не встану, настолько всё болеть будет, — устало, потёрла лицо, ставя перед озадаченным мужчиной тарелки с едой. — Зато теперь не надо ходить и чихать. А благодаря камину, в доме наконец-то тепло. Так что, теперь, тихим сапом, буду доводить комнаты до ума. Приятного аппетита.

— Ты могла просто попросить, я бы очистил всё магией... — предложил он, а я задумалась.

— Не думаю, что это здравая идея. Магия, конечно, удобная штука, но обесценивает многое из того, что я сегодня делала. Например, взмахом палочки, можно полностью очистить ковёр, но ты уверен, что структура его от этого не испортится? Я о магии мало что знаю, поэтому не рискую.

Муж завис. Я подумала, вздохнула, понимая, что как-то двулично выходит.

— Ну, смотри, я против очистить, что либо магией, но я за то, чтобы использовать магию для физического воздействия. Например, то заклинание, которое ты хотел использовать для стирки, заставляет вещи тереться друг об друга, застирываясь?

— Да...

— Это физическое воздействие. То есть, я так бы стирала и так бы стирала машинка. Предпочитаю такую магию. То же заклинание, которым ты меня очистил, хорошее, только, при использовании на тех, кто самостоятельно помыться не может. То есть, тело как бы чистое, но чувства чистоты, нет. Наоборот, пока не отмылась, думала, что стала ходячий пылесборник. Ощущение так себе.

— Я тебя понял... — кивнул муж, механически поглощая еду. — Я никогда не думал об этом.

— Кстати, по поводу зубной пасты. Я нашла у тебя там зелье какое-то...

— Да, им нужно полоскать рот...

— А оно работает? Прости, но по тебе не скажешь... — нахмурилась я, муж замер. — Без обид, Северус, из рта у тебя не воняет, но с зубами явно проблема.

Он, молча, смотрел на меня несколько секунд, потом кивнул и продолжил есть. Мы молчали. Я понимала, что обидела его, но и не сказать не могла. Мне с этим человеком ещё жить. И что-то мне подсказывало, что этот зеленый браслетик, просто так развода нам не даст, если мы его захотим, конечно.

— Я разберусь... — он отставил пустую тарелку.

— Добавки? — уточнила я поднимаясь.

— Да...

Поели в молчании. Всё это время муж о чём-то серьёзно думал. Я не мешала. Мало ли, может до чего путного додумается. За наше столь короткое знакомство он ещё ни разу не показал себя с ужасной стороны. И это наводит на мысли, что, таки да, мы сможем найти способ спокойно сосуществовать друг с другом.

Покушали, я взяла посуду мыть, поставила перед ним кружку с чаем и маленькие бутерброды, вдруг захочет. Он удивлённо на это посмотрел, но спорить не стал. Пока я мыла посуду, он выпил чай, и всё это время внимательно следил за мной.

— Ну, что, пошли? — улыбнулась широко я.

— Куда? — напрягся Северус, передавая мне чашку и опустевшую тарелку. Я быстро сполоснула их.

— Как куда? Выполнять твоё обещание. Как раз объяснишь, как пользоваться шампунем! — воодушевлённо улыбнулась я, поспешив в коридор, беря третий пакет. — Не отнекивайся, ты мне обещал.

— Я сам могу...

— Северус, я уже тебя рассмотрела, не грузись. И ты обещал! — припечатала я, и он спустя пару секунд кивнул, направился на второй этаж.

Я победоносно усмехнулась. О да! Сейчас будем драть шевелюру!

Пока я разбиралась в больших стеклянных бутылках. Взяла бальзам и шампунь вошла в ванную. Северус лежал, дожидаясь, когда вода поднимется достаточно, чтобы мыться. Я спокойно расставила бутылки и пошла за табуретом. Мужчина внимательно следил за мной. Не знаю, что такого странного я делала, но не возмущался и на том спасибо.

Вернулась аккурат к моменту, когда он выключил воду. Я взяла душ, намочила волосы мужчине, которому было сложно бороться с собой, чтобы не отшатнуться.

— Шампунь, хорошо пенится? — спросила негромко я.

— Да, — он закрыл глаза. — Как обычный шампунь или бальзам, просто более полезные для волос...

— Хорошо, расслабься, я не кусаюсь... — беря бутыль и выливая немного вязкой жидкости себе на ладонь, понюхала. — Вкусно... — пахло цитрусами с мятой. Улыбнулась. На меня посмотрели пристально. Снова. Это начинает немного напрягать. — Что?

— Я делал на свой вкус...

— Вот и славно. Мне нравится. Приступим... — я растерла мутноватую жидкость в ладонях, и мягко стала массировать кожу головы мужу. Несколько минут, Сев был напряжён, но потом постепенно расслабился, наслаждаясь массажем. — Слушай, ты часто вздрагиваешь, стоит мне к тебе прикоснуться. Ты не любишь прикосновения, или тебе просто не нравится моя бесцеремонность?

— Меня всё устраивает... — огрызнулся он. — Если бы мне это было бы противно, ты бы не сидела сейчас тут.

— Принято... — логика в сказанном была. Помолчали. — Я тебе, вроде как, сказку обещала?

— Ты хочешь рассказать сказку взрослому человеку? Зачем? — не открывая глаз, спросил он, послушно подставляя голову под душ.

— А почему нет? Не любишь сказки? — фыркнула я, второй раз, намыливая шевелюру. — Я уже взрослая, но сказки люблю. Они дают мозгу отдохнуть от постоянной обработки информации. Расслабиться. Отвлечься. Да и просто развлечение.

— Хорошо, расскажи... — усмехнулся насмешливо мужчина. Не знаю, о чём он подумал, но усмехаться скоро перестанет.

— Ну, тогда начнём. Давным давно, жил да был, огр. Звали его Шрек. Был он очень одинок, но не потому что его боялись люди, а из-за того, что он сам запугивал всех, кто к нему приближался. Жил не тужил, развлекался издевательствами над людом, что по глупости своей решали выгнать его из дома на болоте.

— Это попытка меня оскорбить? — напрягся Северус.

— Ты сейчас решил, что похож на Шрека? — удивилась я. Мужчина повернулся, пристально осмотрев меня. — Если так, то сначала дослушай. А потом реши комплимент, это или оскорбление, — я погладила его по волосам, и поднесла душ.

Мужчина послушно подставил шевелюру.

— Всё было у него хорошо. Холостяцкая жизнь била ключом. Он делал что хотел, веселился когда хотел. В общем, жил счастливой жизнью. Но не долго, длилось счастья. К власти на землях, где располагалось его болото, пришёл злобный недочеловек. Почему «недо»? Да просто Огр Шрек был более человеком, чем этот карлик. Карлика звали Лорд Фаркуад. Решил этот лордик, что не место волшебным тварям на его земле. И сослал всех на болото к Шреку.

— Почему-то я не могу, не перестать думать о сходстве... — нахмурился мужчина.

— Я вот сейчас тоже стала замечать сходство... — кивнула я. — Но историю придумывала не я, так что не заморачивайся.

Он снова посмотрел на меня пристально, согласно кивнул. Я просто массировала ему голову, уже без шампуня.

— Лордик был с комплексами неполноценности. Наверное, часто в детстве задирали малыша. Поэтому решил, наш злодейский злодей, стать королём. А что для этого нужно? Правильно жениться на принцессе. Где найти принцесску-то?

Надыбал волшебное зеркало, и задал этот животрепещущий вопрос. А зеркало и говорит: Дорогуша, у меня целых три кандидатки на твою руку и сердце. Первая постоянно дрыхнет у семи мужиков, можешь парочку раз поцеловать, но не обязательно. Вторая болтает с крысами, помешена на чистоте и периодически сбегает, к чертям собачим, в полночь. Ну, а третья вообще зачётный вариант. Живёт одна. Красива, богата, хрупкая. Бери не глядя.

Лордик был глуповат и выбрал третий вариант. Зеркало, решило предупредить, что и у этой принцесски есть парочка минусов, в чьё число входит высокая башня под охраной страшного, огнедышащего дракона. Фаркуад, отмахнулся, от полного списка минусов, даже не слушая. Вычленил главное. Красива, богата, не спит, не сбегает и принцесса.

Идиот, одним словом. Но даже будучи недалёким, сам жертвовать своей жизнью, конечно же, не захотел. Устроил целый турнир, для того, чтобы найти сильного глупца, который пойдёт за него спасать принцесску.

— И что нашёл?

— Конечно, а были сомнения? Таким придурком оказался Шрек. Наш главный герой, вместе с одной занозой в заднице, припёрся на турнир и разнёс всех и вся, требуя чтоб забрали магических тварей. Нехер засорять жилплощадь всякими иммигрантами. Лордик подумал, посмотрел на разгромленных солдат и предложил сделку. Шрек ему Фиону, а он огру, очищенное от переселенцев, болото.

— Заноза в заднице?

— Персонажа зовут Осёл и не поверишь, он осёл. Правда разговорчивый. Шрек случайно спас этого прилипалу от солдат.

— Не думаю, что Шрек был рад такой компании...

— Конечно, нет, и всячески намекал животинке, свалить в туман, но всё тщетно.

— А что Осёл думал об их путешествии.

— Он не понимал в чём смысл. У них даже случился презанимательный диалог:

«– Ну слушай, по-моему, это глупо! Ты идешь искать Дракона и спасать принцессу только для того, чтобы Фарквуд вернул тебе болото, которое ты потерял потому, что он отнял его у тебя. Это неправильно!

— Знаешь, может быть, это правильно, что ослы не должны говорить!

— Я не понимаю, Шрек, почему бы тебе не заняться делами, более подходящими для людоедов. Можно было бы взять его крепость, поднять много шума, заставить его умолять о пощаде... И все такое, что подходит для людоедов!

— О, знаешь что, может, мне обезглавить целую деревню, поместить их головы на колья, выпотрошить их и выпить их кровь? Это тебе понравится? А? Для тебя?

— Нет. Совсем нет!

— К твоему сведению, людоеды значительно сложнее, чем думают о них люди.

— Например?

— Пример? Изволь! Великаны — как лук!

— Воняют?

— Да нет!

— Доводят до слёз?

— Да что ты!

— Аааа! Наверное, чернеют и скукоживаются на солнце!

— Да нет же! Многослойные! Лук — многослоен! Я тоже — слой за слоем! Ты усёк, что мы многослойные!

— Аааа! Вы оба — многослойные! Но только не все любят лук! О придумал — все любят тортики: слоённые!

— Мне плевать! На мещанские вкусы! Великаны не тортики! Ясно?!»

Я услышала тихий фырк. Думаю теперь понятно, почему я усмехаюсь, всегда, когда он напяливает одежду слой за слоем.

— Спасение принцессы из лап жуткого дракона, было задачей не из простых. Попробуй победить огромную зубастую тварь, которая, к тому же, может тебя и поджарить. Но у них вышло. И Фиона, девушка, что с ранних лет мечтала о прекрасном рыцаре, что вырвет её из лап страшного ящера, спотыкнулась об суровую реальность бытия. Рыцарь не прекрасный — раз. Спас не для себя, а вообще для левого человека — два, и шуровать к этому человечку нужно самой — три. Беда? Беда...

Дорога этой странной троицы на удивление выдалась увлекательная. Ели жареных крыс, надували змей и лягушек, били разбойников. Короче всячески обогащали наивную принцессу, неописуемо важными вещами. Но была одна масенькая странность. Принцесска, почему-то каждую ночь пряталась от своих спутников. Это в общем-то не сильно-то, и волновало Осла и Шрека. Ну, есть у девушки маленький бзик, ну у кого их нет. Может она тоже луком хочет быть...

Снова насмешливый фырк.

— Да и как говорится — любовь слепа... Наш нелюдимый холостяк, умудрился влюбиться в принцессу, и когда, до лордика оставалось дойти, всего ничего, он решил признаться девушке в своих чувствах. Вот только, случайно, ночью, подслушал её разговор с ослом, в котором она, серьёзно спрашивала говорящую животинку: «Можно ли полюбить чудовище?».

Огр оказался с комплексом неполноценности, эта фраза пробила его многослойность, выбив зарождающуюся влюблённость из сердца нахер и за ночь, он смотался к лордику и притащил к утру его к Фионе. Та ни сном, ни духом, уже, набралась храбрости, чтоб рассказать о своих чувствах, ловит птицу обломинго второй раз. Огру на неё посрать, лордик милипиздрик, да, и в целом, всё хуёво. Зато у Шрека теперь чистое болото. Хорошо?

— Осёл, не объяснил ничего?

— Нет, конечно, знаешь почему?

— Она стребовала обещание?

— Ага.

— Это вся сказка? — мужчина обернулся ко мне, ожидая ответа.

— А ты как думаешь? — спросила я. — Сколько, в нашей жизни, таких глупых расставаний? Когда мучаясь от собственных комплексов, мы, не хотим выслушать тех, кто, может оказаться чем-то большим, для нас?

— Мне не нравится эта история, если этим всё и кончилось, — отвернулся мужчина, а я про себя хохотнула. Первые сорок лет детства мужчины — самые тяжёлые, да?

— Это не конец, я не люблю сказки без счастливого конца. Наш глупый, обиженный герой, разосрался не только с Фионой, но и с Ослом. Послав его в далёкие дали, и решил жить припеваючи один. Вот только не ожидал, наш герой, что ослик-то вернётся, и не просто так, а на том самом драконе, а точнее драконихе. В восемь лап, они убедили, этого гордеца, поговорить с принцессой и, на всех парах, помчались саботировать свадьбу. В самый нужный момент, с криком — Я протестую! Залетает в церковь и признаётся в своих чувствах девушке. Понятное дело, был обсмеян лордиком.

Девушка, выслушав признание, посмотрела в окно и сказала. Без бэ, ребят, выберу того, кто примет меня такой, какая я есть. Солнце село, а перед охеревшими лордиком и Шреком, стоит огр Фиона. Оказывается её ещё в детстве заколдовали, чтобы днём она была прекрасной принцессой, а ночью огром. Шрек, счастливый до охеревания, говорит, да похуй. Я так и так тебя люблю.

— А Фаркуад?

— Решил запереть её, всё равно брак то, уже, состоялся и он её муж. Вот только у осла и его возлюбленной были иные планы. А именно дракониха просто сожрала Фаркуада и Фиона с Шреком поженились. Вот и сказке конец, а кто слушал молодец.

— Ты не умеешь рассказывать сказки... — серьёзно кивнул мужчина, а я расхохоталась, поцеловав его в макушку.

— Должны же быть и у меня минусы. Ладно, я закончила, — и пошла на выход. Мужчина проследил за мной и наконец, расслабился в ванной.

— Ужасная сказка... — перед тем как закрыть дверь, услышала я и рассмеялась.

Пока муж отдыхал, я попила чай с бутербродами. Взяла книгу в спальню, продолжила читать.

— Я хотел у тебя спросить, светлая сторона победит? — в дверях стоял муж и внимательно меня рассматривал. Я вздохнула, закрывая книгу и отложив её на тумбочку серьёзно посмотрела на мужчину.

— Северус, не мне это говорить, но, нет ни светлой, ни тёмной стороны... — он согласно кивнул. Я фыркнула. — Но да, придёт героический герой всех времён и спасёт магический мир от злостного злодея...

— Он крестраж, ты знаешь? — он внимательно смотрел на меня.

— А тебе разве разрешено об этом говорить? — я нахмурилась, муж пожал плечами. — Конечно, знаю, а ещё знаю, что эту потрясающую новость должен ему сказать именно ты. Других же не нашлось.

— Я выживу?

— А ты хочешь?

— Что? — Северус напрягся.

— Вчера, мне показалось, что ты был бы рад, если бы всё закончилось...

— Ты права...

Мы помолчали. Я приподнялась, поцеловала его в щёку и пожелав спокойной ночи, отрубилась. Оно и понятно. Как бы я не силилась, но отдраить весь дом и не устать, невозможно. Через дрёму, мне показалось, что меня гладят. Это было приятно.

Утром проснулась от того, что матрас прогнулся, сонно потянулась, обнимая мужа со спины. По внутренним ощущением, на улице раннее утро.

— Мне надо идти... — тихо произнёс муж, неловко попытавшись освободиться.

— Время на завтрак есть? — поцеловала его в выпирающий позвонок, отпуская и поднимаясь.

— Есть, — кивнул он, следя за мной.

Я кряхтя вылезла из-под тёплого одеяла и потянулась, чувствуя, как каждый миллиметр тела горит огнём. Это будет самый болезненный день... Вздохнула одевая халат.

— Иди, умойся, а я займусь завтраком, — зевнула и пошла на выход.

— Могла бы поспать...

— Я-то ещё посплю, а у тебя такой возможности не будет, — я ему подмигнула и пошла в кухню, готовить блинчики.

Скоро муж спустился и сел за стол. Я поставила перед ним кофе, сливки, сметану и блинчики. Поцеловала в лоб и пошла, принимать душ и умываться. Спустилась и удивлённо наблюдала, как Северус вручную моет посуду. Даже застыла, не веря увиденному.

— Спасибо... — тихо поблагодарила я, боясь спугнуть, этого золотого мужчину. Плевать, уже, на внешность. Тут такой самородок! Сам, без магии, моет посуду!

— Не за что... — поставив вымытую посуду в сушилку, ответил он.

— Не скажи, как много ты знаешь мужчин моющих посуду? — улыбнулась я, поцеловав его в щёку. — Я лично вижу это только второй раз в жизни.

— Я не видел... — он порывисто вздохнул и положил руку на предплечье с меткой.

— Иди быстрее, мало ли... — нахмурилась я.

Он кивнул, схватив мантию, надевая её на ходу, вылетел из дома, не забыв меня закрыть. Я спокойно поела, помыла посуду, и стала разминаться. Разогрев мышцы, тем самым уменьшив боль, пошла, копаться в склад. Попутно вспоминая, что про грязное бельё мы, всё-таки, забыли... Вздохнула. Сегодня точно не забуду.

Вооружившись мешками, стала отсеивать то, что точно выброшу. Ближе к обеду, собрав три мусорных мешка с меня ростом, устало разогнулась и пошла, готовить обед.

Стоило только поставить бульон, как дверь распахнулась, громко стукнувшись о стену. Быстро выключив газ, поспешила в коридор. Где тяжело опираясь на стену, стоял Северус и пытался раздеться.

— Что случилось? — спросила его тихо, не желая раздражать громкими звуками. Стала помогать с мантией.

— Узнал... — прохрипел Северус, а у меня сердце в пятки ушло. — О клятве Нарциссе... — я с облегчением выдохнула, быстро вешая мантию на крючок. Опустилась перед мужем на колени, помогая стащить обувь. Мужчина замер удивлённой статуей.

— Где зелье? — аккуратно разувая мужа, спросила я.

— Я не сварил...

— Блядь... — вырвалось у меня. Я отставила обувь, подставляя плечо, чтобы довести Северуса, хотя бы, до гостиной. — Какие симптомы?

— Всё тело сводит судорогой. Каждая мышца...

— Я поняла, есть идея, но будет больно... — я посмотрела на него.

— Пробуй...

Я усадила его в кресло и помчалась в кухню. Где-то я видела ромашковое масло. Ах, вот оно. Схватила его, смоталась в спальню забрала платки и спустилась к кривящемуся от боли мужу. Он и пискнуть не успел, как оказался в одних трусах, сидеть в кресле.

— Что...

— Потерпи, — шикнула я на него, аккуратно ставя его ногу мне на бедро, а после выливая немного масла себе на ладони, растирая их. — Надеюсь, поможет...

Он болезненно застонал, когда я начала массировать ступню, надавливая на пальцы, под фалангами. Через минуту, муж расширил в удивлении глаза.

— Помогло... — прохрипел он.

— Фух... — улыбнулась, я, переходя на щиколотку. — Слава богу. У меня больше не было идей, как тебе помочь.

— Спасибо... — тихо ответил муж, а я улыбнулась ему.

— Всегда, пожалуйста... — поднимаясь на икры и бедро. — Я, кстати, начала разгребать склад... — говоря больше для общего фона, продолжала массировать, внимательно наблюдая за любыми признаками, что ему стало лучше. — Надо будет вынести мусор. Там столько всего сломанного, что не подлежит восстановлению. Кошмар. — С одной ногой закончила, перешла на другую. — Хотя и занимательные вещи нашла, например, два альбома с фотографиями. Я их отложила.

— Выброси...

— Зачем? Ты там милый, — удивилась я. — Ты вообще довольно интересный на внешность. Особенно с чистыми волосами. Они у тебя такие мягкие. Приятно их трогать.

— Я не красавец...

— А должен? — улыбнулась, кутая его ноги в плед. — Я насмотрелась на «красавцев» в своей короткой жизни с лихвой. Мало, кто из этих идолов, вправду был, хоть на что-то, годен. Не только в постели, а вообще и, в общем. Часть избалованные нытики, другая зарвавшиеся ублюдки, так и хотелось свернуть их холеные шеи.

Поднялась, разминая затёкшие ноги от ноющей боли. Принялась за руку, сев на подлокотник.

— Да, и к тому же, Северус, у тебя есть недостатки, но кто тебе сказал, что мне это важно? У тебя интересная внешность, и если убрать волосы, которые удлиняют твой нос и прячут глаза, то ты очень интересный, — укутала руку в платок, приступила к другой руке. — Мне смысла врать тебе, нет. Если ты не заметил, то я вообще редко задумываюсь о чужих чувствах и говорю всё, что думаю.

— Заметил... — кивнул он и скривился.

— Не двигайся, пожалуйста, я скоро дойду до шеи и тела. Потерпи ещё немного, — я поцеловала его в плечо, кутая в другой платок.

— Не жалко?

— Вещи — нужны чтобы ими пользоваться. Если они просто лежат, то просто занимают места, которое можно было бы заставить чем-то более нужным. Сейчас они хорошо сохраняют тепло, разгорячённых мышц, — я зашла за кресло и стала аккуратно массировать мужу лицо. Плавно спускаясь на шею. Он молчал, напряжённо следил за моими действиями. — Постарайся расслабиться. И отодвинься слегка.

Северус послушался и охнул. Я занялась его плечами и грудью, массируя.

Я старалась делать всё аккуратно, но дыхание мужа, всё равно, сбилось. Расстроенная тем, что не могу полностью облегчить его боль, я закончила массирование тела и посмотрела на него.

— Ты как?

— Нормально... — прохрипел он, и я заметила выпуклость внизу. Угу, даже слишком «Нормально».

— Угу...

Стянув плед с паха, освободила, вставший член, ласково поглаживая.

— Что ты делаешь? — напрягся муж.

— Помолчи... — шикнула я, поцеловав, руками мастурбируя ему. Сил сопротивляться у него не было, да, и не хотел он. Всё-таки, если бы ему что-то не нравилось, я бы тут не стояла.

Спустя какое-то время, он тихо рыкнул мне в губы и кончил в ладонь. Я улыбнулась, чмокнув его в губы, насухо вытерла. Накрыла одеялом.

— Посиди немного, я ванну наполню, тебе надо расслабиться, — он кивнул, внимательно за мной наблюдая.

Я спокойно поднялась в ванную комнату, набрала комфортной воды и помогла мужу подняться по лестнице.

— Отмокай, я пока кушать приготовлю... — я собиралась выйти, но меня притянули к себе и властно впились в мои губы, подчиняя и прижимая к себе. Охотно ответила, по привычки запуская руку в волосы. Болезненный стон. — Прости, надо было и голову помассировать. Забирайся... — я кивнула на ванну.

Он послушно залез, облокачиваясь достаточно, чтобы я могла массировать его голову. Первое время кривился от боли прерывисто дыша. Постепенно он расслабился, я поцеловала его в макушку.

— Отдыхай, — улыбнулась я, отправляясь в кухню.

Через полчаса, пошла звать мужа. Северус дремал, облокотившись на край ванны. Я постояла нерешительно, подошла и мягко сжала его плечо.

— Северус, не спи в ванной. Опасно... — мужчина вздрогнул, настороженно посмотрел на меня, а после расслабился. Кивнул, поднимаясь. — Ты как?

— Уже, хорошо...

— Вот и славно, приготовь потом этих зелий с запасом, мало ли. Массаж я тебе и без всего этого сделать могу... — улыбнулась, подавая мужу полотенце. Он согласно кивнул, продолжая пристально за мной следить. — Что?

— Думаю, все русские женщины такие, или ты исключение... — вытираясь, ответил он.

— Смотря, что ты считаешь необычным? — фыркнула я, подавая домашние штаны и кофту. — Я выросла в условиях, когда мои родители, всячески помогали друг другу и всё делали, для сохранения брака. Конечно, о магии и всей этой х**не у нас никто, ничего, не знал. Я о волшебстве, из художественной литературы и фильмов, узнала. Но и тогда, им было очень тяжело. Папа ишачил на двух работах. Мама на одной и растила меня. Денег не было. Впору рвать друг на друга глотки, а они наоборот. Так что, я считаю такое моё поведение, адекватным. Ты не согласен?

— Англичанки не такие...– мужчина покачал головой, одеваясь. — Нотту, приходится защищать такую. То зелье было для него...

— Что плачет? То себя пытается убить, то его? — фыркнула я, забавляясь. Муж согласно кивнул. — У нас тоже таких много. Это адекватное поведение, для той, кого выкрали и заставили насильно выйти замуж и спать с незнакомцем. Исправить подобное будет сложно, поэтому, пусть заделает ей ребёнка и намекнёт, что её счастливая свободная жизнь, зависит от сохранности чада.

— Думаешь, поможет? — нахмурился мужчина.

— Ты не представляешь, что может сделать женщина, ради своего спасения, — усмехнулась я, направляясь к выходу.

— Ты тоже готова родить?

Я замерла и резко обернулась. По виду мужа, нельзя было понять угроза это, или ещё что-то. Я вздохнула, устало потёрла лоб.

— Нет. Не сейчас. Пока змеемордый жив, никаких детей. Сейчас у тебя нет слабостей. И у меня слабостей нет. Появится ребёнок, и мы не сможем работать и мыслить здраво. Я тебя не очень хорошо знаю, но уверена, ты не дашь своему ребёнку умереть или страдать.

— Конечно... — оскорбился муж.

— Вот и я такая же! А посему никаких детей, пока эта тварь жива, — я усмехнулась. — После войны, пожалуйста. Заведём ребёнка, девочку или мальчика. Назовём Ангелина или Алекс. Воспитаем саркастичными, сильными гавнюками, помешенными на зельях. И проживём до самой старости, ты в своих зельях, а я за рукоделием.

— Серьёзно? — брови мужа удивлённо взметнулись вверх.

— Конечно, — фыркнула, поворачиваясь к двери. — Дорогой мой, нас магия благословила. Тебе буквально поставили перед фактом, что теперь, я твоя жена, до конца твоих дней. Идём кушать, пока не остыло.

— Значит ты исключение...

— Ну хочешь потом проведёшь эксперимент, –пожала плечами не оборачиваясь.

В кухне я поставила перед мужем тарелку с бульоном. Он удивлённо посмотрел на меня, а после на мою тарелку.

— Почему?

— Я не знаю, как твой желудок воспримет твёрдую пищу, после таких издевательств. Давай не будем рисковать, а вечером посмотрим на твоё состояние...

— А себе почему?

— Из солидарности, — улыбнулась я. — Мне от этого ни холодно, ни жарко, а тебе легче...

— Я не настолько слаб...

— Знаю, прими как данность, кушай, — пожала я плечами и приступила к еде.

Поели, я вымыла посуду, а Северус ушёл в лабораторию. Я заглянула проверить всё ли с ним в порядке. Стоял уверенно и увлечённо что-то мешал. Кивнула. Пошла копаться в склад дальше.

Спустя ещё один мусорный мешок я с удивлением отрыла пух. Не веря в собственное счастье, я, не раздумывая, помчалась в кухню за ножом. Пора заняться вскрытием. Я не знаю, какое выражение лица у меня было, но муж, что просто зашёл попить воды, отшатнулся от меня к стене.

— Ты чего? — опешила я, останавливаясь.

— Зачем тебе нож? — нахмурился мужчина.

— Я нашла очень старые подушки, игрушки и ещё какую-то херню. Они нам больше не нужны, но там есть пух! Набивка! Там ещё столько! Бери — не хочу!

— Зачем тебе она? — не понял меня мужчина.

— Помнишь, я просила мне нитки и спицы купить?

— Да, у меня пока не было времени этим заняться...

— Не торопись, я сначала разберу склады, может ещё, что мне нужное найду. Так вот, набивка мне нужна для рукоделия. Скажем так, это почти такое же увлечение как зелья, только деньги не приносит.

— Я понял... — кивнул он, и развернувшись, пошёл на выход, за мантией и сапогами.

— Сев, ты куда? — опешила я, выглянув ему в след.

— Скоро вернусь, — бросил он через плечо, застёгивая мантию.

Муж ушёл, оставив меня в недоумении смотреть на закрытую дверь. И что это было? Ладно, придёт, расскажет. Главное — не Лорд и на том, спасибо. Пока я, с счастливой улыбкой, орудовала ножом и всё выпотрошенное, складировала в отдельный мешок. Пришёл Северус. Я так увлеклась, что даже не заметила, как он зашёл.

— Маша, я поставлю это в гостиной, когда будет время, разберись... — я вздрогнула и обернулась. В дверях, стоял Северус с двумя пакетами из которых виднелись нитки.

Я подошла, аккуратно заглядывая в пакеты и, с удивлением на лице, посмотрела в лицо мужа.

— Что?

— Прости, я не ожидала, — встала на цыпочки и поцеловала мужа. — Спасибо!

Забрала пакеты и пошла вниз, но мне не дали и шага сделать, схватив за локоть и прижав к стенке, целуя. Пакеты, оказались на полу, а я подхваченная под бёдра обхватила мужа руками и ногами, охотно отвечала на поцелуй.

Я с удовольствием водила руками по его плечам, шее, запускала пальцы в его вьющиеся волосы и всячески наслаждалась! Порывистый вздох. Испугано отстраняюсь.

— Ещё больно? — внимательно смотрю на него.

— Нет, — прижимает к себе и я понимаю к чему именно, был этот вздох. — Продолжим?

И мы продолжили.