Обманчивые облака
"Здравствуй, мой дорогой друг или моя дорогая подруга. Или же мне стоит называть вас "дорогие друзья"? Ведь людей, прочитавших моё письмо, которое ворвалось так внезапно в их жизнь, оказалось всё же больше, чем я предполагал.
Когда я писал предыдущее письмо, я думал, что многие его проигнорируют или же посмеются и обсудят разве что с близкими, после чего оно навсегда забудется. Но, когда я вышел на следующий день прогуляться, как же было забавно видеть людей, которые шли и совсем не глядели под ноги, устремив свой взгляд в небеса (я даже не знаю, приятно ли я был удивлён или же напуган, но, во всяком случае, это было довольно необычно. Мне даже пришлось несколько раз предупреждать о ямках и лужах на вашем пути, будьте более внимательными в следующий раз).
Вы правда так хотели увидеть магический трюк от автора столь подозрительного письма? Я не смеюсь над вами, мои друзья, наоборот, меня восхищает ваша вера в чудеса, и я даже несколько опечален, что и впрямь не могу сотворить нечто великолепное из облаков. Но меня безумно греет осознание того, что у вас настолько развито чувство прекрасного. Я вслушивался в речь каждого, когда проходил мимо. Тоненький голосок твердил, что видит на небе "слоёнка", и тут же его поправлял тёплый и нежный женский голос. Мужской и басистый говорил довольно уверенно "авто!", на что другой, тоже мужской, но довольно хриплый, отвечал ему "лошадь!". Был и юный, задорный, юношеский возглас "Эйнштейн!", и старческое, тихое бормотание "Дарвин...". Даже влюбленные, что мило ворковали друг с другом, уставились в небо с улыбкой до ушей и в один голос мечтательно произнесли "зайчик...". Такие вот вы разные, мои дорогие. Но всё же у вас есть и нечто общее, что так вас всех сближает и роднит, знали ли вы об этом?
Идея написать такое интригующее послесловие была вовсе не моей. Вновь на выручку пришёл мой чудесный друг. Он очень много раз перечитывал первый экземпляр письма и всё бубнил себе под нос "чего-то не достаёт...". Я даже подпрыгнул, когда он, резко воскликнув "придумал!", быстро дописал постскриптум. "Всё же тебе нужно знать, какое количество твоей публики и какие у неё интересы. Для чего? Глупенький, конечно же для того, чтобы понимать, что для этой публики требуется, в чём она нуждается. Не всегда твоя мысль может прийтись им по вкусу, но ты можешь отложить её на следующий раз, когда они будут готовы для неё", - так он объяснил мне необходимость подобного момента в моём письме. Я же не сопротивлялся, моя задача - расхламлять и рассортировать мысли, множество мыслей в своей довольно невместительной голове. Так что прошу прощения за эту небольшую уловку, мне стыдно, что пришлось прибегать к обману, ведь я всегда честен. Друг же меня успокаивает, что к обману в благих целях порой стоит прибегать. Что вы думаете на этот счёт, мои друзья? Нужен ли обман в наших с вами жизнях?
Также не совсем понятными для меня является данные, что я получил на прогулке, слушая вас. Вы бы хотели больше слов о животных? О деятелях культуры? О бытовых моментах в человечкской жизни? Мне кажется, вы были бы рады любому слову от странного незнакомца, лишь бы оно скрасило ваш день, мои дорогие. Мне не нужно откладывать свои мысли до лучших времён, да простит меня мой "советчик". Поэтому, заканчивая на сегодня своё длительное повествование, я бы хотел бесконечно хвалить вашу любопытную натуру, которая позволяет видеть вам чудеса в обычных вещах. Какие же вы удивительные, люди! До нового письма!
Ваш Неизвестный"