Пошлая фантазия Учихи Саске

Чёртов Узумаки! Как можно быть таким пошлым, когда всего лишь употребляешь пищу. Или это у меня шарики за ролики едут? Месяц назад я вернулся в Коноху, и, поскольку мой квартал был разрушен Пейном, меня поселили вместе с джинчурики. Я думал, что останусь таким же хладнокровным, как и раньше, но рядом с этим голубоглазым чудом у меня это не получилось.
Всё бы было хорошо, но почему-то, когда он начинает есть бананы, я сразу представляю, как вместо этого жёлтого плода он берёт в рот мой член и посасывает его, полизывает. Я не выдерживаю и, отбирая у него еду, кричу, что бананы вредны для здоровья. И, самое главное, этот балбес мне верит.

Только это не помогает, потому что он начинает поедать мороженое. Он высовывает свой розовый язычок и проходится им по кругу, собирая белую жидкость. Это повергает меня в шок, потому что я снова представляю вместо мороженого своё достоинство, истекающее смазкой. Эту еду он тоже больше не употребляет.
А потом он начал есть йогурт. Ну и что такого, скажете вы? Но он это делает не как все. Зачерпывает ложечкой немного белой субстанции, а потом начинает облизывать её, как будто это самая вкусная вещь на Земле. И мне очень хочется, чтобы этой вещью была совсем не ложечка.
Потом были чупа-чупсы, сосульки, шоколадки… даже его поедание рамена и барбекю заставляют меня возбудиться.
Я надеялся, что хотя бы помидор в его руках заставит меня успокоиться. Ничего подобного! Видя, как он покусывает мой любимый овощ, как по его подбородку стекают красные капельки, мне хочется их слизнуть.
И вот сегодня я наконец выпросил у хокаге, чтобы меня поселили у кого-нибудь другого. Осталось только собрать вещи.
Я влезаю в окно, захожу на кухню и застываю на пороге – Наруто стоит перед холодильником в одном полотенце, завязанном вокруг бёдер, ещё мокрый после душа. А ещё он пьёт молоко, и капелька белой жидкости начинает стекать по подбородку, затем добирается до шеи.
В общем, я сам не помню, как оказался рядом с ним и, прижав к холодильнику, поцеловал, а пустая упаковка оказывается на полу.
Ожидая от него удара, я был удивлён, не встретив сопротивления, а наоборот, почувствовав ответ с его стороны.
Я проник языком в его рот и исследовал нёбо, зубы, играл с его языком, а он постанывал в ответ. Мои руки изучали его обнажённое тело, а он успел развязать мой пояс и стянуть рубашку, которая сама по себе почти ничего и не скрывала.
Мы целовались, пока не начали задыхаться, а потом, посмотрев несколько секунд друг другу в глаза и поняв, что оба одинаково сильно жаждем продолжения, начали быстро срывать друг с друга остатки одежды.
Его тело было прекрасным: идеальные пропорции, мускулистые руки, твёрдая накаченная грудь, кубики пресса, длинные ноги, загорелая кожа… Только вот размер у него маловат.
Сам объект моего влечения рассматривал меня, и его ошарашенный взгляд застрял на моём члене. Похоже, он впервые видит такой большой размер. Чтобы не спугнуть его, я начинаю нежно посасывать мочку его уха и, услышав стоны удовольствия, перебираюсь на шею, а затем наклоняюсь к соскам. Мои руки в это время разминают его бедра и ягодицы, подготавливая и расслабляя их. А затем я добираюсь губами до его члена, сначала лижу его, а затем беру в рот, от чего в кухне раздаётся ещё более сладостный стон. Когда я начинаю отсасывать ему, он зарывается мне в волосы руками и пытается придать мне свой темп, и я подчиняюсь. Он громко стонет, а потом кончает мне в рот, содрогаясь, и его колени подгибаются.
Я подхватываю его и кладу животом на стол, раздвигаю ему ноги и выливаю изо рта сперму на его розовую звёздочку, которая от испытываемого удовольствия ещё продолжает сжиматься и разжиматься.
Проникнув языком в его анус, я получаю новый удивлённый вздох, а потом шёпот: «подожди, Саске, не надо там…», и мой блондин, задыхаясь от удовольствия, больше не может произнести ни слова. Когда его дырочка становится достаточно смазанной, я просовываю в неё палец. Туго, очень туго. Я у него явно первый. Затем засовываю ещё один палец и растягиваю, а он напряжённо дышит. Вытащив пальцы, перевозбудившись от такого сексуального вида моего сокомандника, я проникаю в его девственное отверстие и, услышав всхлип, замираю, начинаю поглаживать его член, целую его спину, и он быстро успокаивается подо мной.
Я начинаю двигаться, а он стонет от удовольствия, и эти звуки заставляют меня наращивать темп, вколачиваться в его желанное тело всё сильнее и сильнее.
Больше не в силах сдерживаться, я кончаю в его горячую глубину, и он, содрогаясь подо мной, кончает следом мне в руку.
Повалившись на него, я пытаюсь отдышаться и чувствую его тяжёлое дыхание. Полежав так немного, я встаю, подхватываю его на руки и несу в ванну. Он оказывается не таким тяжёлым, как я представлял. Похоже, последнее время плохо питается из-за всех моих запретов.
Я пока не в силах смотреть ему в глаза. Не ожидал от себя такого. Где же были мои обычные учиховские холодность и сдержанность? Хотя, они всегда исчезали, стоило только появиться на горизонте этому блондинистому пареньку.
Поставив его в душ, я включил воду и залез к нему – мне тоже не мешало помыться.
Но помыть его, не глядя в глаза, у меня не получается. Но вижу в них я не презрение и отвращение, как ожидал, а любовь и нежность.
- Наконец-то ты сдался, Учиха.
Я с непониманием смотрю на него, а потом до меня доходит, что раньше Узумаки не ел так сексуально, а значит, он специально соблазнял меня.
Но я почему-то не сержусь на него, а когда слышу его тихое «люблю», моё сердце оттаивает окончательно и я, весело улыбнувшись и крепко обняв его, отвечаю ему тем же.
Кажется, переезд мне теперь не нужен.