правда

Дверь палаты открылась, и внутрь вошли врачи с тележкой и чистыми бинтами.

- Пора менять повязку, - спокойно сказал один из них.

Хан Уль мгновенно встал между мной и врачами.

- Нет, - его голос был низким и жёстким. - Ей больно. Вы снова сделаете больно.

- Господин Пи, это необходимо, - попытался объяснить врач.

- Я сказал - нет!

Я вздрогнула от его тона и осторожно потянула его за рукав.

- Хан Уль... всё хорошо... - прошептала я. - Пожалуйста, не ругайся. Я выдержу.

Он посмотрел на меня. В его глазах была злость, страх и что-то ещё - почти паника. Он глубоко выдохнул, сжал челюсть и медленно отошёл в сторону.

- Быстро. И аккуратно, - процедил он врачам.

Когда они начали снимать бинты, один из них наклонился ко мне:

- Не смотрите, хорошо? Это пока не для ваших глаз.

- Почему?.. - я нахмурилась.

- Просто доверьтесь нам.

Но любопытство и тревога были сильнее. Я всё равно попыталась приподнять голову и посмотреть на живот.

В ту же секунду Хан Уль подошёл ближе и мягко, но уверенно обхватил моё лицо ладонями.

- Не смотри, - тихо сказал он, почти приказал. - Пожалуйста.

- Хан Уль, я должна знать...

- Не сейчас.

Он удерживал мою голову, не позволяя отвернуться, и я чувствовала, как его руки едва заметно дрожат. За ширмой слышались приглушённые голоса врачей и звук разрезаемой ткани.

Мне было больно. Но ещё больнее было от того, как он напрягся, будто защищал не просто моё тело - а какую-то страшную правду.

- Всё почти закончено, - сказал врач.

Хан Уль не отпускал меня ни на секунду, пока повязку снова не закрепили.

- Готово.

Только тогда он медленно убрал руки... но взгляд всё равно не отпускал меня.

- Ты ничего не увидела? - спросил он тихо.

Я покачала головой.

А он впервые за всё время выглядел так, будто боялся...
что я когда-нибудь всё-таки увижу.

Мы сидели молча. В палате было слишком тихо - только звук капельницы и его тяжёлое дыхание.

Хан Уль вдруг заговорил:

- Ты... - он не смотрел на меня. - Ты видела его лицо?

Я медленно покачала головой.

- Нет. Было темно... Я испугалась.

Он сжал кулаки.

- Ты знала его? Голос, рост... хоть что-то знакомое?

- Нет, - я честно посмотрела на него. - Я не знаю, кто это был.
Потом тихо добавила:
- Но... я поранила его.

Он резко повернулся ко мне.

- Что?

- Когда он напал, я ударила... кажется, по ноге. Я не знаю, сильно ли, но он закричал и начал хромать.

Хан Уль замер.

В его глазах что-то щёлкнуло.
Как будто кусочки сложились в одну картину.

- Нога... - прошептал он.

Я не поняла, что это значит, но он уже отошёл от кровати.

- Хан Уль?

Он резко надел куртку.