Глава 6. "Страх любить"
"Одним взглядом можно убить любовь, одним же взглядом можно воскресить ее".
Уильям Шекспир.
Ночью мне часто снились кошмары. Пламя клокочущего огня разгоралось на месте моего дома. Огонь пробирался в самые отдаленные уголки разума, а я пыталась сбежать от него, ловко виляя по тропинкам кипучего рассудка. Дом горел так живо и чувственно, что мне казалось, будто этот пожар знак чего-то всевышнего. Я смотрела на небо, окутанное дымом, вздыхала запах свежей гари и понимала, что это пламя возникло тут не просто так, кто-то поджог дом. И тогда, в тот самый миг в тени горящего дома я замечала силуэт человека, который приближался ко мне, торжественно поднимая руки ввысь и хохоча, как безумный. Пламя разгоралось все сильнее, пылкость моего разума обострялась. Я бежала от пожара. Все быстрее и быстрее. Безумный смех гнался вместе с огнем, а ноги начинали запинаться о раскаленные камни. Падая снова и снова, я ощущала едкий жар за моей спиной, что разъедал искалеченную душу, изнывающую от неизведанного страха. И тогда, когда смеющийся силуэт настигал меня, я просыпалась.
Палата, омраченная темнотой, вдруг осветилась тусклым сиянием, исходящим от небольшой настольной лампы. Я смогла увидеть человека, кому принадлежал тот таинственный голос. Высокий мужчина крепкого телосложения сидел по-турецки на железной кровати. Его лицо, заросшее щетиной, искривлялось в иступленной улыбке, а черные дикие глаза испепеляли мою испуганную сущность.
- Что движет твоими поступками?
Ах, этот голос, такой желанный и завораживающий, словно обжигающее копье, пронизывал мое холодное сердце.
- Азарт? Страх? Может быть, интерес?
Его правая рука находилась за спиной, закованная в наручники. А левая маячила перед лицом, то и дело, соприкасаясь с острым, словно только-что наточённым лезвием подбородка.
Теперь, вне прежней темноты, когда таинственность открыла передо мной двери познанию, когда мой взгляд начал страстно рассекать острые очертания Дьявола, я, наконец, поняла, что тот страх, который я испытывала прежде, был лишь легкой тенью того страха, которого бы мне следовало ожидать. Этот жуткий страх, словно вспышка смертоносной инфекции, поразил все мое тело. Я не могла дышать, я не могла говорить, я не могла здраво мыслить. А Дьявол все продолжал говорить, разогревая мой интерес на огромном пламене пыток:
- Раньше ты была разговорчивее. Ах, да.... Твоя память. Говорил же, что она тебя до добра не доведет.