Глава 11. "В сумасшедшем бреду".

"Вы спрашиваете, зачем я убивал? Ну как вам объяснить... Поймите, для меня жизнь без убийств - как для вас жизнь без еды. Потребность, понимаете? Я чувствовал себя отцом этих людей, ведь я открывал им дверь в другой мир. Я отпускал их в новую жизнь."
Из хроник серийного убийцы Александра Пичушкина.

Знаете, бывает так, что живешь, но не понимаешь с какой целью. Жизнь будто идет наперекосяк, рушится на твоих собственных глазах, делает из тебя посмешище,уничтожает тебя изнутри, вырывает твое сердце и яростно сжимает в кулаке... А ты смотришь на это недоразумение в полном недоумении, и до тебя доходит странная, но довольно отчетливая и осознанная мысль. Мысль, которая приводит тебя в ужас и остолбенение. Мысль, от которой невозможно просто так взять и отмахнуться. Она изводит тебя до посинения, и ты не можешь ей сопротивляться. Она злостно шепчет: «Как же я хочу сдохнуть». В такие жизненные моменты действительно хочется умереть. Все равно как. Все равно где. Главное, сию минуту!

Я часто представляла у себя в воображении, как разрезаю ножом свою глотку. Рву вены на своей бледной руке, как струны арфы, или бойко врезаюсь головой в кирпичную стену. В мыслях не ощущается истинной боли, ее не испытать даже, если обольешь себя горючим веществом и зажжешь спичку над своей макушкой. Боли не будет, нет. Появится лишь страстное и неудержимое желание воплотить задуманное в реальность.

Когда чужая кровь плещет тебе в лицо, стекает по твоим скулам и попадает на иссохшие губы, вкус крови кажется сладким. Привкус ржавчины вихрем отдается в твоем подсознании, и все, что находится в данный момент перед глазами, растворяется в потоке мыслей.

Но, когда твоя собственная кровь хлещет из ран, течет из разбитого носа и выливается изо рта.... Поток мыслей не просто заглатывает, он уничтожает тебя.

«Вот она. Твоя смерть. Наслаждайся. Ты так давно этого хотела»,- говорю себя я.

Одно дело причинять боль себе, а уже совсем другое, когда эту же боль причиняет человек, которого ты любишь.

- Черт подери,- ругается мужчина, переминаясь с ноги на ногу,- Я не хотел. Чтобы все так заканчивалось. Правда. Но ты не оставляешь мне выбора. Вини во всем свою противную любознательность.

Я издаю смешок, оголяя окровавленные зубы. Не могу пошевелить ни ногами, ни руками. Тело привязано к стулу. Изнемогающая душа прилипла к пяткам, а внутренности сжались в сырой комок. Комок разочарований.