Глава 26.

Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук.

Я постукивала ручкой по тетради, а ногой стучала об пол несмотря на то, что моя чересчур суеверная мама считала, что это приносит несчастье.

Мог ли этот урок длиться еще дольше?

После пяти бесконечно длинных и мучительных минут, звонок, наконец-то, прозвучал, и я подскочила с такой скоростью, что врезалась коленями в парту. Поморщившись от боли, я засунула книги в рюкзак и присоединилась к потоку учеников, пробивающихся к выходу.

Однако, стоило им заметить меня, как все расступились. Их глаза округлились, а на лицах отобразилась комбинация из страха, ненависти и нервозности.

И хотя я была раздражена, не смогла удержаться от смеха.

Какими же предсказуемыми они были. Стоило всем узнать, что я встречаюсь с Романом Фьори, как я получила статус то ли богини, то ли жены босса итальянской мафии.

Когда я «встречалась» с Паркером, все рвались получить хоть немножечко моего внимания. Они преследовали меня, умоляя сходить с ними по магазинам, прийти на их вечеринки, а несколько людей даже попросили сфотографироваться с ними и дать автограф.

Теперь все соблюдали уважительную дистанцию, удовлетворяя себя лишь взглядами в мою сторону. Казалось, будто они боялись подойти ко мне слишком близко и впасть в немилость, а затем быть уничтоженными могущественной силой, которую я приобрела, став девушкой Романа. Они даже не могли смотреть мне в глаза, как слуги не могли смотреть в глаза королеве Англии.

Не могу сказать, что не наслаждалась пространством. Мне не особенно хотелось общаться с этими прихлебателями. 

Я открыла свой шкафчик, убрала туда книги, после чего пробежала по коридору и выскочила на парковку, и даже умудрилась не переломать себе ноги. Я распахнула дверь гигантского «рэндж-ровера» Карло и скользнула на переднее сиденье на колени к Роману.

Ездить так было незаконно, но я не могла дождаться, когда покину школьные стены.

— Боже, почему так долго, Май-Май? Я подыхаю с голоду, — пожаловался Зак с заднего сиденья, где давили друг друга он, Адриана, Паркер и Венеция.

— Прости, но не всем смертным можно приходить и уходить с уроков, когда им вздумается, — ответила я, закатив глаза. А потом посмотрела на Венецию. — А ты как оказалась тут так быстро?

— Мой класс прямо напротив выхода, — объяснила она, накручивая рыжий локон на палец.

— Ах да. Забыла.

Я смерила ее заинтригованным взглядом. Венеция выглядела более напряженной, чем обычно, почти нервной, но я понятия не имела, почему.

— Пристегнитесь, вы двое. Не хочу никаких аварий, — приказал Карло, хмурясь на нас с Романом.

Я ухмыльнулась и застегнула ремень так, что он держал нас обоих.

— Как скажешь, папочка.

Он скривился.

— Не называй меня так.

— Я перестану тебя так называть, когда ты перестанешь себя так вести.

Карло послал Роману многозначительный взгляд, а затем выехал с парковки.

— Тебе следует контролировать свою девушку.

Роман лишь рассмеялся, обнимая меня за талию своей сильной рукой. Я продвинулась поближе к нему и повернула голову, чтобы поцеловать.

Мы молча целовались, не желая кого-либо отвлекать, и это все, что я могла сделать, чтобы сдержать желание немедленно схватить его или запрыгнуть на него. Не то чтобы я была очень смелой в таких вещах, но, когда дело касалось Романа, я была не в силах себя сдерживать.

Господи, я превращалась в озабоченную самку.

Карло сделал музыку громче, и все начали подпевать «Bottoms Up», а я смотрела в окно и пыталась игнорировать сладкую дрожь, которая пробегала по телу, потому что Роман ласкал голую кожу возле краешка моей юбки.

Я любила, когда он так делал, не только из-за реакции своего тела, но и из-за того, что в такие моменты исчезали все мысли. Фото, которое я нашла у него дома и которое лежало у меня в рюкзаке, не давало покоя. Я практически ощущала, как оно обжигает мне бедро.

Я использовала каждую возможность, пытаясь выяснить, что связывало Лекси и Рико с его бандой. Бывшей бандой. Неважно. Может, Лекси и сама была частью их группировки? Конечно, на бандитку она не походила, но люди редко оказывались такими, какими казались изначально.

Я готова была поспорить, что любые отношения, которые связывали ее с Рико, имели нечто общее с тем, кто нанял ее для соблазнения моего отца. Я пыталась связаться с ней еще раз, чтобы получить больше ответов, но поняла, что даже не знаю ее полного имени. Позвонив в компанию отца, чтобы навести справки, я получила от ворот поворот, так как она там больше не стажировалась, а информация была конфиденциальной. Вероятней всего, ее полное имя знал папа, но у меня не хватало смелости спросить его. Ну серьезно, последнее, что мне нужно было делать, так это напоминать ему о любовнице.

— Что за мысли вертятся в этой прекрасной головке? — дразняще прошептал Роман мне в ухо, легонько массируя мою шею, а второй рукой поглаживая бедро.

И вот так просто он заставил меня позабыть обо всех проблемах.

— Думаю, как хочу зимние каникулы, — пробормотала я, накрывая рукой его ладонь и переплетая наши пальцы, а спиной ощущая, как вздымается и опускается его грудь. Клянусь, этот своеобразный массаж был в тысячу раз приятнее, чем в лучшем спа-салоне мира.

— Зимние каникулы обещают быть веселыми!

Я ахнула, когда Зак просунул голову между передними сиденьями. Его глаза светились озорством, а лицо находилось всего в дюйме от моего.

— Блин, Зак, предупреждать надо!

Сердце колотилось от испуга, как бешеное.

Адриана схватила Зака за воротник и притянула обратно на место.

— Не обращай на его внимание. Его хорошие манеры улетучиваются, стоит ему проголодаться. — Она бросила на меня насмешливый взгляд. — И еще, нам прекрасно слышно все, о чем вы говорите.

Я покраснела, Роман рассмеялся, а Паркер, Зак и Венеция понимающе ухмыльнулись. Даже Карло слегка улыбнулся.

— В любом случае, подслушивать нехорошо, — заявила я, все еще смущенная.

— Ничего не можем поделать, пчелка, вы слишком милые, — промурлыкал Паркер. — Никогда бы не подумал, что Роман станет таким лапочкой.

— Я не лапочка, — прошипел Роман, повернувшись к Паркеру. — Кстати, уж ты бы вообще молчал.

Паркер пожал плечами и лукаво ухмыльнулся.

— В отличие от тебя, я хотя бы получаю награду, — тихо пропел он.

Я ахнула, Венеция подавилась, Роман покраснел, а Зак в ужасе зажал уши руками. Ведь Паркер встречался с его сестрой.

Всего два человека не отреагировали на эту реплику: Карло, который заруливал на парковку «Серрано», и Адриана, которая что-то искала в сумочке. Я даже была не уверена, что она услышала слова Паркера.

— Прибыли! — громко провозгласила я.

Машина едва успела остановиться, как я уже отстегнула ремень и поспешила открыть дверь и выскочить вон. Все, лишь бы избежать взгляда Романа.

Да-да, мы с Романом еще не сделали это , но мы ведь встречались всего три недели! Должна, однако, признать, что наши отношения с каждым днем становились все горячее. Но, тем не менее, мне не нравилось, когда обсуждали мою интимную жизнь.

И вообще, как Паркер мог быть уверен в том, что говорил? Неужели Роман обсуждал с ним эти вещи? Может, ему уже не терпелось? Просто я не была уверена, что готова. Или все-таки готова? Не знаю!

К тому моменту, как мы расселись за столиком в ресторане, у меня от потока мыслей разболелась голова.

Половина ланча была позади — хотя я едва могла сосредоточиться на еде, потому что нога Романа все время крепко прижималась к моему бедру, отчего по телу вверх-вниз бегали иголочки. И тут Адриана позвала нас с Венецией сходить с ней в уборную. Когда мы уединились в розовой мраморной комнате, Адри сразу перешла к разговору.

— Итак, — хитро произнесла Адриана и, нанося блеск для губ, посмотрела на меня в зеркало. — У вас скоро дата. Месяц с момента, как вы стали встречаться.

Венеция вздохнула, запустив ладонь в волосы.

— Поверить не могу, что прошло столько времени. Кажется, еще вчера ты рассказывала мне об этом, а я падала в обморок.

Я немного порылась в памяти.

Адриана тряхнула головой.

— Даже знать не хочу. — Она вернула свое внимание мне. — Ну что, ты уже все распланировала?

Я нахмурилась и прислонилась к стене.

— Что распланировала?

Адриана и Венеция обменялись многозначительными взглядами.

— Как вы проведете ваш праздничный вечер, — намекнула блондинка.

— О, даже не знаю. Думаю, сходим на романтический ужин или что-то в этом роде, — честно ответила я.

Венеция качнула головой, ее кудри весело подпрыгнули.

— Кажется, она не понимает, о чем мы, — обратилась она к Адриане.

— Не понимаю. Может, объясните? — Не было у меня настроения для загадок.

Адриана бросила блеск для губ обратно в сумочку.

— Ты помнишь, по какой причине мы ходили в магазин нижнего белья, когда ты «встречалась» с Паркером?

Секунду я смотрела на нее, а потом, осознав, что она имеет в виду, вспыхнула от стыда.

— Ч-что? Мы не будем говорить об этом сейчас, — выдавила я. Или когда-либо вообще. Большинство людей — за исключением порнозвезд и Пэрис Хилтон — не обсуждали такие вещи не без причины.

К сожалению, Адриана не относилась к этому большинству.

— У нас мало времени, — отметила она, когда элегантная женщина в меховом пальто ворвалась в уборную, даже не взглянув на нас. — До вашей даты осталась неделя. Ты должна использовать это белье с пользой.

Я переступила с ноги на ногу, пытаясь игнорировать осуждающий взгляд той женщины.

— Не уверена, что готова, — пробормотала я, больше всего желая, чтобы пол под моими ногами разверзся и поглотил меня.

Этот разговор о моей половой жизни был еще хуже, чем тот, который произошел, когда все думали, что я собираюсь переспать с Паркером. Потому что тогда я точно знала, что между нами ничего не будет, а вот сейчас, с Романом... особенно учитывая, как близки мы были к этому на Гавайях.

Но я, конечно, не собиралась кому-либо об этом говорить.

— Так ты хочешь еще подождать? — полюбопытствовала Венеция.

Я пожала плечами.

— Не знаю. Я не понимаю, готова ли. У нас не было подходящего момента.

Я мысленно перенеслась в ту ночь на Гавайях, когда я дразнила Романа — это было частью плана Карло. От этих воспоминаний по коже побежал жар. Наверное, если бы мне о голову разбили яйцо, оно бы поджарилось.

Адриана выгнула бровь, когда меховая женщина наконец вышла и, проходя мимо меня, пробормотала себе под нос: «Ну и детки пошли».

— Что ж, тебе решать, — наконец произнесла она. — Не позволяй никому давить на тебя. Даже мне.

Я слабо улыбнулась.

— Но, если ты готова... — Ее глаза будто что-то знали. — Не бойся. Как я уже говорила, под всей мишурой самоуверенности Роман — очень хороший парень. Ты должна была это понять. Если тебе кто-то нравится, тогда стоит рискнуть. Взять быка за рога, так сказать, — усмехнулась она. — Кстати, Паркер обещал, что в случае чего защитит тебя.

Я рыкнула.

— Твой парень придурок. У него нет ни стыда, ни совести!

— Он просто приглядывает за тобой. Сладкая пчелка , — подмигнула Адриана. — Ладно, пора возвращаться, пока мальчики не решили, что мы здесь утонули.

Я уже собиралась выйти вслед за ней, когда поняла, что Венеция даже не пошевелилась.

— Ви? Ты в порядке? — обеспокоенно спросила я. Она выглядела опечаленной, а ее кожа приобрела зеленоватый оттенок, как будто она сильно нервничала.

Та кивнула.

— Да. — Ее голос дрогнул.

— Уверена? У меня есть таблетки...

— Нет. — Венеция покачала головой. — Я в порядке, честно, — более уверенно сказала она, но тем не менее взяла меня за руку для поддержки, и мы вышли из дамской комнаты.

Пока мы медленно возвращались к нашему столику, Венеция сжала мою руку крепче.

— Ты сможешь, ты сможешь, — шепотом бормотала она.

Она меня пугала.

— Сможешь что?

Но она только покачала головой.

Я села за столик, но она осталась стоять.

— Венеция? Ты не присядешь? — спросил Зак, недоуменно сверкнув голубыми глазами.

Она покачала головой, на лице появилась решимость.

— Нет. — Венеция подняла подбородок. — Я должна... должна кое-что сказать.

Роман стрельнул в меня вопросительным взглядом, но я покачала головой, сбитая с толку не меньше него.

Мы все терпеливо ждали, но Венеция, кажется, растеряла все мужество. С каждой секундой молчания она становилась все бледнее и бледнее.

— Ты хотела что-то нам рассказать? — подбодрил ее Зак, словно боясь, что она вот-вот упадет в обморок.

Такое было бы не впервые.

— Да, что ж... я... — Венеция запнулась. Потом встряхнулась, пробормотала что-то типа «к черту», кинулась к столу и под нашими ошалелыми взглядами положила ладони Заку на щеки и накрыла его губы своими.

* * *

Мы с Романом лежали на его кровати. Почти без одежды.

Я не слишком хорошо помнила, как именно мы до этого дошли. После шокирующего поцелуя Зака и Венеции расстроенная девушка убежала из ресторана, прежде чем кто-то из нас сумел сказать хоть слово.

Зак просидел остаток ужина как памятник самому себе, и шок так и не сошел с его лица, пока мы не растормошили его, заставив встать со стула и отправится обратно в школу.

Честно говоря, это не особенно удивляло. Я и раньше подозревала, что Венеция втрескалась в Зака. Да и он, раз уж на то пошло, вряд ли испытывал к ней только платонические чувства.

После школы мы поехали к Роману, чтобы побыть вместе. Его отец снова уехал по своим бизнес-делам, а с матерью, хоть она и была дома, Роман не общался. Находиться в огромном особняке, когда не с кем поговорить, было одиноко, так что я частенько составляла ему компанию.

Мы долго болтали обо всем, что приходило в голову, потом решили искупаться в бассейне. Купание переросло в поцелуи, а поцелуи — в очень горячие поцелуи и... вот мы оказались в кровати.

У меня перехватило дыхание от того, как пальцы Романа прошлись по моей голой коже, разжигая в каждом нерве огонь.

— Ты такая красивая, — прошептал он хрипло, путешествуя ладонью по моему животу, груди, шее, после чего положил ее на щеку и прижался губами к губам.

По моей коже пробежали мурашки, и я невольно застонала ему в рот, прижимаясь еще ближе. А он был в одних плавках. На мне было бикини, которое я позаимствовала в гостевом шкафу. Изначально мы поднялись наверх, чтобы принять душ, но наши планы неожиданно изменились.

Я очень хорошо помнила ощущения, которые испытала с ним в ту ночь на Гавайях. Так вот, то было детским лепетом по сравнению с тем, что я переживала сейчас.

Сложно было поверить, что наш разговор с Адрианой на эту тему состоялся всего пару часов назад. Как я могла сомневаться в том, что уже готова к близости с Романом? О, сейчас я была более, чем готова.

Судя по реакции некоторых частей тела моего парня, он испытывал те же чувства.

Он отстранился от моих губ, но только для того, чтобы проложить дорожку из поцелуев вдоль шеи, вызывая у меня крошечные сердечные приступы, которые уж точно плохо скажутся на здоровье. Я тихонько всхлипнула, когда его губы остановились возле бретельки моего купальника. Он не целовал меня, а просто прикасался к коже губами.

Я льнула к нему всем телом. И неожиданно купальник показался чересчур тяжелым. Лишним.

— Боже мой, — простонала я, глубоко вздыхая, когда Роман стал нежнейшим образом покусывать мою кожу от плеча до шеи.

Все, я сходила с ума. Даже имени своего я бы не смогла сейчас вспомнить, если бы меня вдруг спросили.

Подталкиваемая адреналином и другими разнообразными чувствами, я слегка оттолкнула Романа и перевернулась так, что оказалась сверху, а он распластался подо мной. 

— Ого! Кое-кто осмелел. — Его тон его шутливым, но глаза потемнели от страсти, а идеальная мускулистая грудь начала бурно вздыматься.

Я соблазнительно улыбнулся, пытаясь взять под контроль возбуждение, которое, в свою очередь, пыталось взять под контроль мой разум. Это чувство было для меня совершенно новым. Роман был единственным человеком, который заставлял меня испытывать такое. И отчасти я была даже рада, что мы так сильно ненавидели друг друга в самом начале. Эта страсть стала весьма полезной для других... занятий.

Роман застонал с мучительным выражением на лице, не сводя с меня взгляда.

— Лучше нам остановиться прямо сейчас, — сказал он сдавленным голосом, пытаясь отодвинуться от меня.

Я не пошевелилась.

— Зачем нам останавливаться?

Боже, неужели я это сказала? Откуда взялось столько решительности?

Он моргнул, на его лице читалось удивление и ошеломление.

— Майя...

— Тише. — Я наклонилась и поцеловала его. От наших тел исходило столько жара, что удивительно, как мы еще не подожгли простыни. — Мы слишком много разговариваем, — прошептала я, нежно прикусывая его нижнюю губу.

Роман колебался примерно секунды две, а потом с тихим стоном обнял меня и заскользил ладонями по спине. У меня сжался живот, стоило парню наткнуться на завязки лифчика. Он начал осторожно развязывать узелок, вызывая во мне теплые волны предвкушения. Мы были так близко...

А потом дверь в комнату распахнулась.

Вскрикнув, я моментально вскочила и, обернувшись, чуть не сгорела от стыда. В дверях с ошеломлением на лице стояла Жизель, мама Романа.

— Простите, я прервала что-то важное? — спросила женщина, слегка щурясь. Она была явно не трезвой.

Надеюсь, это значило, что она не вспомнит, как я, полуголая, сидела верхом на ее сыне.

— Что ты здесь делаешь? — резко и раздраженно спросил Роман. Встав с кровати, он взял полотенце и накрыл мои плечи.

Я благодарно ему улыбнулась, и парень тут же вернул улыбку, после чего взглянул на Жизель.

— Мне нельзя просто прийти к своему сыну? — пробормотала она, на нетвердых ногах подходя к нам. — Я почти не видела тебя всю эту неделю!

Она потянулась вперед, чтобы обнять Романа, но он с отвращением на лице отшатнулся.

— Боже, ты уже набралась? — выпалил он. — Хотя чему я удивляюсь.

Жизель моргнула, после чего запрокинута голову и рассмеялась.

— О, Роман, если ты хотел побыть со своей девушкой наедине, то я могу уйти и оставить вас заниматься тем, чем вы собирались.

Она подмигнула мне, и я покраснела.

— Наверное, мне лучше зайти в другой раз, — тихо сказала я, соскользнула с кровати и потянулась за одеждой.

— Нет, не уходи! Останься. — Роман наградил меня тяжелым взглядом. — Мама, а тебе лучше уйти. Сейчас же.

Жизель огорчилась.

— Значит, теперь мать не заслуживает твоего времени.

— Слушай, давай начистоту. — У Романа заходили желваки на челюсти. Вся страсть, которую он испытывал минуту назад ко мне, переросла в злость по отношению к матери. — Из тебя очень хреновая мать!

— Роман! — ужаснулась я. Знаю, она редко окружала его материнской заботой, в основном из-за своей алкогольной зависимости, но все равно была его матерью.

Женщина была готова заплакать.

Какое-то время мы все молчали. Роман стоял рассерженный, Жизель — на грани слез, я — шокированная и не в своей тарелке.

Наконец я вежливо проводила Жизель до двери.

— Возможно, вам стоит зайти, когда... в другой раз, — посоветовала я, чуть не сказав «когда протрезвеете», но вовремя остановив себя.

Она оглянулась через плечо на Романа, который даже не шевельнулся.

— Наверное, ты права, — пробормотала она и взглянула на меня. — Спасибо, Майя. Роману нужен рядом такой человек, как ты. — Это прозвучало очень искренне, хотя язык у нее немного заплетался.

Мое сердце забилось чаще. Может, она была не настолько пьяной, как мне показалось сначала.

Когда дверь закрылась, я вернулась к Роману.

— Как ты? — спросила я, осторожно притрагиваясь к его руке. Поразительно, как быстро могла разрушиться атмосфера.

— В порядке, — вздохнул парень, запуская руку в волосы. — Мне жаль, что ты стала свидетелем этой сцены. Я просто... она меня бесит! — Он поморщился.

Я поежилась: мне было не слишком комфортно в одном купальнике и полотенце.

— И все же она твоя мать.

— Лучше бы у меня вообще не было матери, чем такая!

Я тихонько вздохнула.

— На самом деле ты так не думаешь.

— Именно так я и думаю! Перестань делать вид, будто знаешь что-то о наших отношениях!

Я вздрогнула, и взгляд Романа тут же смягчился. Он наклонился и положил ладони мне на плечи.

— Прости, пожалуйста, я не хотел кричать на тебя. Но серьезно, Майя, просто забей, хорошо? У меня... очень непростые отношения с родителями. Знаю, у тебя доброе сердце, и ты хочешь, чтобы все жили в радости и любви друг к другу, но так не получится. Так что забудь. — В его голосе звучало огорчение, но взгляд был жестким.

Я сжала челюсть, готовая возразить, но спорить сейчас было неправильно, и я просто кивнула.

Роман расслабился.

— Хорошо. Тогда, может, перекусим?

Я покачала головой.

— Лучше пойду домой. Надо сделать кучу уроков. — Я взяла с кресла свою одежду. На самом деле я хотела бы продолжить разговор о его матери, но решила, что нужно дать Роману остыть.

— О. Ну да, — отозвался он разочарованно. Парень хотел сказать что-то еще, но его прервал телефонный звонок.

Я натянула юбку и застегнула пуговицы на блузке, невольно прислушиваясь к разговору, окончание которого вызвало во мне нешуточное любопытство.

— Да. Нет, я не видел. Что?! Может, он поехал куда-нибудь погулять или к кому-нибудь на тусовку? Нет. Нет. Ты так думаешь? — В голосе Романа звучало нечто близкое к панике. — Ладно. Слушай, я поговорю кое с кем. Уверен, все будет в порядке. Да, конечно. Позвоню тебе позже.

— Что случилось? — поинтересовалась я, когда он закончил разговор.

Роман встревоженно посмотрел на меня.

— Рико исчез.