Глава вторая - Начало поисков свободы
— "Интересно, что будет, если он в самом деле выберется отсюда? Куда он пойдет? Что будет делать? Прикинется человеком и начнет тихую-мирную жизнь? Несмотря на всю свою технологичность и навороченность, он все еще недостаточно похож на человека, чтобы притвориться им. Зоркий людской взгляд все поймет и осознает в считанные секунды."
Такими были мои мысли, пока мы пробирались сквозь темноту. Так получилось, что я все-таки согласился на эту сделку. Согласился, совершенно не понимая, что ждет меня дальше. Так наивно и бессмысленно, что от этого просто смешно. Кажется, что подвоха просто нельзя было избежать. Как можно было согласится на условия робота, живущего на заброшенной фабрике? Разве у него нет своих мотивов? И вообще, разве роботу не плевать заточен он или нет?
— С твоей помощью мы сможем попасть в кабинет мистера Лютера, — тихо проговорил Хади, не поворачиваясь ко мне.
— Зачем тебе туда? — спросил я, тут же посчитав свой вопрос странным и глупым, но не стал оговариваться.
Он повернулся и чуть наклонил голову. Я ответно посмотрел ему в глаза.
— Увидишь, — коротко ответил тот и отвернулся.
И к чему нужна эта дурацкая интрига? Как будто здесь и без этого нет загадок. Хотя пожалуй, справедливости ради, может там и правда, что-то важное и ценное для него. Для Хади... для робота... Прости, но просто, так глупо это звучит: "Робот хочет выбраться на свободу". "Робот хочет..." Откуда вдруг у него вообще может проснуться воля? Я бы понял еще, если бы он изначально не был предназначен для детей. Был бы, к примеру, какой-нибудь робо-домохозяйкой, над которой издевался ее владелец. А так, он же в свои годы был невероятно популярен. Его безумно любили дети. Хади был знаменитостью.
Я работал в компании в тот год, когда создали первую его модель. Скажем так: я был у станка, когда клеил коробки для его копий, в том числе и мини-копий, так называемых "Цветных Хади" в тот момент, когда их только-только анонсировали. Последние пользовались особенной популярностью среди менее обеспеченных родителей. Выполняли они функцию, по большей части, игрушек. Не были такими же крутыми и навороченными роботами, как их "старший брат".