7 глава. Глава безликих.

Южные доки были в тумане. Металлический запах вперемешку с гарью давил на виски. Леви двигался осторожно, пистолет готов к любому шороху.

Он ожидал увидеть пустой склад — именно так уверял Джек, старый коллега из полиции. «Я наведу шум в другом конце города, чтобы расчистить тебе дорогу», — сказал он. Но вместо тишины его встретили свежие следы на цементном полу и тёплые окурки.

Засада.

Очередь пуль порвала воздух. Леви нырнул за контейнер, выругавшись сквозь зубы.
Голоса эхом прокатились по складу:

— Здесь! Он один! Живым не брать!

***

Драка была короткой и жестокой. Трое Безликих легли на холодный бетон, ещё двое растворились в тумане, оставив после себя оружие, крики и сумку. Леви дышал тяжело, кровь сочилась из пореза на плече, но в руках у него осталась их сумка.

Он знал, что это риск — обыскивать её здесь, но адреналин требовал ответов.

Леви оттащил тело одного из Безликих в тень и резко сорвал с него маску. Лицо оказалось незнакомым, обычным, серым — как и положено тем, кто прячет своё «я» за остальными.

Внутри сумки лежали документы. Торопливо пролистывая их, Леви наткнулся на несколько досье: фамилии политиков, суммы взяток, схемы зачисток. Но главное было внизу.

Папка с золотым рельефом: «Оперативный приказ. Подписано: З. Йегер».

Леви застыл.
Сухие строчки, набранные на печатной машинке, не оставляли сомнений: приказы о зачистке, о финансировании, об устранении свидетелей шли напрямую от одного человека.

Зик Йегер.

Имя резануло по памяти. Слухи о нём ходили ещё в полиции — человек, который якобы умер десять лет назад в результате покушения. Гений стратегий, «невидимый командир». Но никто не мог доказать, что он вообще существовал.

— Значит, всё это время ты был жив... — выдохнул Леви. Его пальцы сжали листы так, что они смялись.

Он почувствовал, как внутри медленно закипает злость.

Ты вычеркнул жизни сотен людей. Ты оставил Нику в коме. И теперь я знаю твоё имя.

***

Позже, в своей квартире, он разложил бумаги на столе. Холодный свет лампы падал на карты города, отчёты и ту самую подпись: З. Йегер.

Леви провёл пальцем по имени.

В памяти всплыли уроки Кенни — тяжёлое детство, рука дяди на его плече, резкие слова, которые должны были закалить, а не утешить.

«В этом мире выживает только тот, кто первым бьёт в сердце.»

Леви закрыл глаза. Сейчас он понимал: все годы борьбы вели его именно сюда.

— Я найду тебя, Зик. — Его голос был тихим, но в нём звучала клятва. — И сотру твоих Безликих с лица земли.

***

Телефон зазвонил резко, почти болезненно.