5 глава. Ценой жизни.

Черный внедорожник летел по городу, рассекая ночной воздух. Леви сидел в салоне, сжимая руку Ники так, что костяшки побелели. Её лицо было бледным, губы — почти бесцветными, а дыхание — едва уловимым.

Он чувствовал, как кровь пропитывает бинты, сквозь которые уже проступали темные алые пятна. В голове настойчиво билось одно: слишком много крови.

Эрвин молча, но тревожно следил за дорогой. Ника была ему как младшая сестра и он безумно боялся за нее. Время от времени он бросал взгляд на Леви, но молчал — слова здесь было бесполезны.

***

Больница Сент-Марлен встретила их темными, несильно освещаемыми коридорами и запахом антисептика. Двери операционной распахнулись, и медики молча приняли девушку на носилках. Леви последовал за ними, но хирург с короткими седыми волосами преградил путь.

— Дальше нельзя. Мы сделаем всё возможное.

— Если с ней что-то случится... — Аккерман сделал шаг вперёд, его глаза сверкнули холодной угрозой.

— Мы спасем её, но нужно время, — врач не отводил взгляда, но голос оставался твердым. — Пуля прошла опасно близко к жизненно важным органам.

Леви сжал кулаки так, что ногти впились в ладони.

— Делайте вашу работу.

Двери захлопнулись. Осталась только тишина и свет коридора, который наводил гнетущую атмосферу.

***

Часы тянулись мучительно медленно. Эрвин вернулся с двумя чашками чёрного кофе, но Леви даже не взглянул на них. Он сидел на кресле, локти уперты в колени, взгляд прикован к красной лампочке над дверью операционной. Каждая минута казалась вечностью.

В голове мелькали обрывки воспоминаний: её смех, саркастичные реплики, то, как она раздражающе спокойно разбирала самые опасные дела.

«Не смей умирать. Ты слишком упрямая для этого»

Вдруг лампочка над дверью погасла. Леви вскочил, сердце дернулось болезненно.

Хирург вышел, снимая маску. Лицо усталое, под глазами глубокие тени.

— Она жива. Операция прошла... относительно успешно. Мы остановили кровотечение и извлекли пулю, но...

— Но что? — голос Леви резанул воздух.

— Организм слишком долго был без достаточного количества крови. Она в коме.

Слово ударило сильнее любой пули.

— Мы сделали всё, что могли, — продолжал врач. — Шансы есть. Сейчас главное — стабильность и время.

Леви не ответил. Он только кивнул, прошел мимо хирурга и вошел в палату интенсивной терапии.

***

Ника лежала на белоснежной койке, окутанная проводами и датчиками. Аппараты тихо пищали, фиксируя каждый её вдох, каждое биение сердца. Леви подошел ближе, сел рядом и сжал её холодную ладонь.