8 Глава

Эван стоял у распахнутого окна старого домишки в Портенстоне и глядел на пасмурное небо. За спиной слышались гневные крики его жены, она особо не стеснялась грязной брани и оскорблений, явно нарущающих все личные границы Эвана. Он стоял и слушал, как она торопливо расхаживает по гостиной, как под ней скрипят старые половицы. Эван предпочел игнорировать ее слова, ибо решил, что это самое мудрое из всех возможных решений.

-Я не собираюсь умирать здесь с тобой вдвоем, Эван! Это не дом, а катастрофа! - С надрывом кричала Кристен.

Эван молчал. Он горько усмехнулся, внезапно вспомнив, что продал их отличную квартиру посреди огромного шумного мегаполиса, чтобы переехать в «более уединенное место» , удачно выбранное его женой. Это была ее идея. И она даже не думала о том, что может произойти нечто подобное, какое происходит в данный момент.

-Будешь такой же, как твой отец! Умрешь раньше положенного из-за того, что сам сгубил свое состояние! - Выкрикнула Кристен, топнув ногой.

Эван медленно повернулся. Даже прозрачная оправа очков, прежде перекрывающая всю суть его голубых глаз, сейчас не могла скрыть тени его злобы. Он сжал руки в кулаки, взбухли длинные синие вены, идущие вдоль всего запястья. Эван, слегка оттолкнувшись от подоконника, подошел к своей разгневанной жене. Она так и стояла на месте, шумно дыша; ноздри вздымались, а лицо побагровело.

-Кристен, милая, я прощу тебе все. Но не это. Не твои высказывания о моем отце, о человеке, который никаким образом не заслуживал смерти. -Он процедил это сквозь сжатые зубы и, громко вздохнув, сделал несколько шагов назад.

-Поэтому я и переспала с Джоффри. -Шепотом сказала она, когда Эван отходил.

Она сделала это специально, хотела, чтобы Уокер услышал. И он услышал.

-Что ты, нахрен, несешь? -Эван повернулся к ней с чрезвычайно бледным лицом.

Кристен гордо вздернула подбородок и, вредно фыркнув, ответила:

-Да, я трахалась с твоим сраным лучшим другом, пока ты был на работе! -Воскликнула она, пребывая в сумасшедшем восторге и мандраже.

Эван молчал. Он смирял её особенно-разочарованным взглядом и, не сказав ни единого слова, схватил с вешалки в парадной свое черное пальто и вышел из дома.