СЕКРЕТ
II. СЕКРЕТ
Крис очнулся на кровати тяжелым громким вдохом. Огляделся – и сразу все вспомнил. Изо всех сил он старался затмить панику и страх рассуждениями и поиском решений. Даже насильно. Будто все это происходит не со мной... Будто я просто решаю какую-нибудь задачку. Но тут же он и не понимал, как это может и должно ему сейчас помочь.
Он огляделся еще раз. Я у себя дома... У бабушки. В комнате. Он попробовал резко встать и вскрикнул от боли и неожиданности – руки его были прикованы наручниками к кровати. Так... Он закрыл глаза и начал глубоко дышать. Я должен прийти в себя. Должен успокоиться. Он плакал и не искренне не понимал, что сейчас должен делать.
Крис вдруг понял, и даже замер – ведь я никогда не думал о том, что могу оказаться в такой ситуации. Я все был занят! Но теперь он не мог вспомнит, чем он был так занят. Я не был к этому готов... Но теперь он не мог понять, как можно быть таким наивным, что даже не задумываться об этом? Он осознал, что от этих мыслей его страх лишь становится сильнее. Я жил и думал обо всем на свете. Но так ни разу даже не озадачился вопросом: что, черт возьми, я буду делать, если окажусь в такой ситуации?.. И значит... - он закрыл глаза. Значит, я абсолютно беспомощен сейчас.
В комнате никого не было. В доме было тихо. И мысли продолжались сами собой. Будто кто-то их записал именно в таком порядке.
Даррен. Если бы мы не поссорились. Если бы я не напился, не вышел бы отсюда ночью, этого бы не случилось! И даже если бы они взломали дом, я бы успел набрать девять один один. Или как здесь это называется? Куда нужно звонить в таких ситуациях?!.. Да я даже не знаю, куда звонить, случись что, кроме бабушкиного личного врача!.. Он напрягся еще больше, вспомнив о ее существовании. Бабушка. Что они сделали с ней... Господи. Он перестал тяжело дышать, даже это теперь вызывало у него страх. Даже собственное дыхание. Даррен. Да он же сейчас пьет и веселится со своими новыми друзьями! Он вряд ли думает обо мне!.. Да кто вообще обо мне сейчас думает.
И через секунду ему стало чудовищно легко, когда он вдруг понял: в таких ситуациях, если они и случаются, последнее, что ты будешь делать – это себя обманывать. И может популярность всего лишь очередная иллюзия, и в действительности же всем по большому счету наплевать. Он вспомнил о родителях – они в Париже ждут ребенка. А если и он окажется геем, или сделает что-то, что пошло не по их плану?.. Они точно также откажутся от него? Теперь он был страшно возмущен. Но среди этого огромного темного мира мыслей следом сразу же появилась одна светлая. Одна светлая мысль. Эшли. Моя лучшая подруга. Она же всегда думала обо мне... Он вспомнил их последний обед в ресторане до его отъезда. Как было здорово... Мы просто разговаривали. Разговаривали обо всем на свете и смеялись... Все мы живем в мире кино и купаемся в наших радостях и трудностях. И может, даже не догадываемся о том, что на самом деле происходит в мире. Он глубоко выдохнул. Затёкшие руки и ноги гудели от боли.
Если бы они хотели меня убить, они бы уже это сделали – пронеслось в голове. Радоваться этому или нет – он не знал.
ДАРРЕН
Даррен Крисс лежал на полу и глядел в потолок.
- Ты ничего не чувствуешь. Это нормально, - наконец, он смог распознать речь, которая шла откуда-то сверху. – Потерпи немного.
Потерпи!.. Его все еще возмущали все эти слова. Как будто я не могу уже и пять минут просто побыть трезвым! Но, однако, тот страх, как и безумное сердцебиение, и вправду куда-то ушли. Телефон, лежащий на тумбе, периодически издавал звуки. То звонки, то уведомления о сообщениях. Даррен уже не обращал на них внимание. Он знал, что звонит ему Корд, уже в десятый раз, и что-то там хочет. Неожиданно он выпалил:
- И тебе что, совсем наплевать? – он взмахнул руками. - Тебе изменила девушка, ты ее выгнал... А ты общаешься, будто она просто мусор пошла выносить, - и замолчал.
- А что я должен? – тот был даже удивлён такому вопросу. – Кричать, бросаться мебелью или, может, порезать вены?
- Ну... - запнулся Даррен. – Я не знаю.
- Мы были вместе пять лет. Но такие проблемы, бывает, решаются в одночасье. И ты помог решить нам эту проблему. Может, не обрати ты внимание на эту смс, надеясь, что звонит твой Колфер, это бы не узналось никогда. Мы бы сдохли вместе когда-нибудь. А я бы так и не узнал. – Сказал серьезно Грант, - так что ты, считай, - и поднял указательный палец вверх, - оказал мне услугу!
Все эти размышления Даррену были чужды. Он понимал, что обычные для него слова - для Гранта имеют совершенно иное значение. Он продолжал, - только проблема в том, что у нас общий бизнес. И с этим нужно будет что-то решать. Рано или поздно. – И сделал паузу. – Ладно, это уже всяко не твои проблемы. Вставай, - он резко встал на ноги и подал ему руку. Даррен слабо вытянул свою, не задумываясь о смысле. Грант схватил его и поднял наверх. Где-то между переживаниями он отметил, что у Гранта очень крепкая рука.
От резкой перемены положения в глазах потемнело, Даррен пошатнулся на месте. Его начало качать из стороны в сторону, и двигаться так уже точно не было его осознанным выбором.
- Ты чего? Уже? – услышал он голос. Теперь он доносился не сверху. Он доносился откуда-то издалека.
КРИС
Послышался топот. Криса отбросило от размышлений. Инстинктивно он вжался в перила кровати. В комнату вошел человек. Колфер вскрикнул от неожиданности – и, конечно, узнал его сразу.
- Ты... - он нервно сглотнул. Его глаза засверкали возмущенным недоумением. И он снова не знал – облегчение же это или нет. Перед собой он видел Уилла Шеррода. Тот, улыбаясь, потирал руками и смотрел на него.
- Да, это я, милый, - улыбка за секунду из беспечной и довольной стала зловещей. Он развел руками, оглядел Криса и, словно что-то вспомнив, резко набрал воздух в рот. – А! Не бойся, я не буду тебя подставлять перед твоим Дарреном. Я натурал, - и снова засиял, - у меня есть девушка, и мы счастливы.
- Тогда какого черта ты здесь делаешь? – унижаться перед ним было для Криса недопустимо. – Да и как ты вообще...
- Узнал где ты? – договорил за него Уилл. Он громко расхохотался, сделал шаг вперед и начал по-деловому прохаживаться по комнате. Крис ощутил, как лицо его горит от гнева и злости. От унижения. Лучше бы это и вправду был кто угодно...
- Ты забыл, - он почесал подбородок, - что ты якобы великий, - показал он пальцами кавычки, – актёрище. Про тебя все всё узнают, а я... – и напоказ задумался. – Ты, может, не замечал, но на самом деле я сыщик.
Да что за бред он несет! Крису перестало быть страшно. Он мечтал вернуть этот страх. Он теперь ощущал себя лишь убогим во всей этой ситуации. Страх, паника... Порой лучше, чем быть жертвой такой собственной глупости.
- Чего тебе надо? – крикнул на него Колфер, уже доходя до истерики. – Ты что, трахнуть меня здесь хочешь?
Уилл почесал усики и ухмыльнулся.
- Не льсти себе, придурок, - и с презрением оглядел его тело. - Да и выглядишь ты тут отвратительно... – с туалетного столика он взял кружку и отпил из нее немного воды. - Лондон красивый город... - задумчиво хмурясь, добавил он. Вдруг, и одному богу известно зачем, кинул кружку об пол. Уилл закрыл лицо руками и изобразил ужас на лице. - Ой, разбилась, Крисси, прости... - он наиграно смахнул слезу. На полу валялись теперь десятки осколков.
- Послушай, – и резко стал самим собой. Крис, тяжело дыша носом, смотрел в пол и сжимал руки в кулак. - Что я сделаю с тобой, ты узнаешь позже. Сейчас здесь я не хочу это выяснять.
Из штанов сзади он уверенно достал пистолет и направил вперед. Колфер вздрогнул, глядя в эти наполненные местью глаза. Теперь страх вернулся на место. Но Колфер уже не был этому благодарен или рад. Он задёргался на месте и понял, что не в состоянии отвечать за своё тело сейчас.
- Вилл, стой! – несмотря на то, что было невозможно, он пробовал замахать ладонями. - Не делай этого, прошу... Не стреляй в меня.
Тот, подсмеиваясь, перевел прицел Крису между ног. Потом снова перевел на лоб и обратно.
- Я умею стрелять, и обязательно выстрелю куда захочу! – он неумело подмигнул.
- Уилл. Послушай... Прости меня. – затараторил он на высоких тонах. - Я старался любить тебя... – и затаил дыхание. - Мне страшно, – теперь он не мог контролировать и свою речь. Он замер. Вот чего он добивается... Он хочет, чтобы я унижался перед ним. И я унижаюсь. Боже мой...
- И где же твой Даррен? – вдруг спросил Шеррод. - Не спасает тебя? Что-то мне подсказывает, что ему на тебя насрать! - от собственной уверенности Уилл счастливо улыбнулся и шагнул вперед. Он начал неуклюже крутить пистолет в руках. Он увлёкся делом и замолчал. В конце концов, Уилл уронил пистолет. Крис даже не мог смеяться, но до чего же это было нелепо...
- Прости, - начал он снова, и, стараясь в мыслях повернуть все так, чтобы это было хоть немного осознанно и логично, - я не хотел делать тебе больно. Я запутался в своих чувствах к тебе и Даррену... Прости... - он вздохнул. С волос капал пот. – Ты же счастлив...
- Это не делает мою ненависть за предательство меньше. – Теперь он не смеялся и был серьёзен. -Ты предал меня Колфер. И должен быть убит. Уилл, также неумело, морщась, снял пистолет с предохранителя.
- В любом случае я выстрелю. У тебя осталось 10 минут. Время пошло. Он посмотрел на золотые часы на левой руке.
- Все всё узнают, ты же сам сказал... - и Крис не знал, насколько убедительно сейчас у него получается говорить угрозы, но точно знал, что слезы, бегущие по щекам, точно не добавляют этой убедительности. – Ты же не убийца...
Тот немного помолчал, переложил пистолет в другую руку и спокойно и задумчиво ответил:
- Вся проблема в том, что ты меня недооцениваешь. Хотя, - он махнул свободной рукой, - так было всегда. И обязательно бы пожалел о том, что не остался со мной. Но теперь уже поздно, - и развел руки в стороны. – Потому что я понял, что ни черта я не гей! – и хлопнул себя по бедрам. - Ладно. Твоё последнее желание?
Какое еще желание... Но если он такой глупый! – внутри, наконец, родилась надежда.
- Я хочу позвонить Даррену. – решительно сказал Колфер и, наконец, посмотрел в глаза Уиллу.
- Ах ты подонок! – выкрикнул тот, сделал резкий прыжок вперед и со всей силы ударил Криса кулаком по лицу. - Как ты можешь при мне даже имя его произносить! Неужели ты не любил меня ничуть? Последовал следующий удар, теперь уже ногой. Колфер съежился от боли и изо всех сил старался не закричать. За такое унижение я бы и сам мог себя убить.
Успокоившись, отдышавшись, Уилл отошел в сторону и снова неожиданно улыбнулся. И от этих улыбок Крису становилось страшнее всего.
- Но желание есть желание! Я принесу тебе телефон. Но если хоть слово скажешь о том, что случилось, умрешь сразу. – И громко сглотнул. – И очень мучительно. Ты меня понял?
Отвечать он не желал. Уилл удалился, по дороге неизвестно кому грозя пальцем, из комнаты.
Глаза Криса округлились. Боль от ударов начала мягко проходить – неужели он и вправду настолько идиот? Мне нужно быть увереннее. Не выстрелит он! Ведь он не довершает ни одного дела до конца!.. Он начал думать, как лучше объяснить ситуацию, но гнев взял верх над всякими размышлениями. Я скажу все прямо – пусть звонит в полицию. Вилл не выстрелит, и я это знаю. Он же трус... - но поверить в это на сто процентов он так и не смог.
Человек с усами вернулся довольно быстро.
- Сбежать ты не сможешь, - и указал Колферу на то, что оказывается, сам того не замечая, он дергал руками вперед. Уилл показал ему разбитый телефон, громко гогоча. - Посмотрим, как ты с него позвонишь своему дружку! - И снова ударил. Из носа пошла кровь. - Ладно, шучу, я же, в отличие от тебя, честный. И дам позвонить со своего, ты же помнишь его номер, верно? – и поднял бровь. Крис, откашливаясь, понуро опустил голову. Номер... Снова боль... Черт, цифры... Его лицо горело. Цифры издевательски перемешивались.
- Что, не помнишь? – он покачал головой, сделав улыбку наоборот. – Любовь-любовь... Даже телефон не выучил. Чего ж ты так... Ладно, снова шучу. У меня есть его номер, на, звони, – он положил пистолет на пол и, шмыгая носом и потирая обратную сторону свободной ладони о рубашку, вытащил из кармана свой телефон.
До чего же он глуп. Или это глуп я...
Совершенно неожиданно заиграла музыка звонка. Так громко, что Колфер вздрогнул. Высветился контакт с названием «Любимая». Уилл задорно отобрал телефон и подпрыгнул на месте.
- Это мне! – пояснил он и нажал на кнопку. – Алло? Любимая?
- Да-да дорогой, - из трубки отчетливо был слышен то ли кокетливый, то ли нервный, или и то и другое, голос Мии. - Ты уже сделал то, что должен был?
- Почти. – Шеррод подмигнул. - Я еще не стрелял, – он начал снова прохаживаться по комнате. - Ему четыре минуты осталось. Да, кстати, а ты не хочешь пошалить? Как раз время есть.
На том конце провода тишина. Колфер, с удивлением оглядывая Уилла, заметил, что тот, он не знал, насколько давно, но сильно возбужден. Что за черт... Ему сделалось омерзительно от самого себя. Как я мог жить с человеком и даже не догадываться, на что он способен?..
- Ты что с ума сошел! – наконец раздался возмущенный голос. – Давай дело делай, и быстрее, пока нас всех не спалили, и скорее успеть в наше убежище! – она была напугана.
Убежище... - повторил Крис шепотом следом. О чем она говорит... - и на уме рисовались самые страшные картины. Они убьют меня и поедут туда, где их никто никогда не найдет. А глуп здесь лишь я, думая, что они не понимают того, что делают...
Уилл скуксился, небрежно почесал между ног и прохрипел:
- Я тебе это еще припомню! – он повесил трубку и кинул телефон на стол. - Пора. Тебе осталось три минуты. Колфер тяжело вздохнул – неужели он действительно способен на убийство? Теперь он не так уж в этом сомневался. Вместо надежды или отчаяния он обрёл Смирение и начал, конечно, не вслух, как умел, молиться богу, которого едва ли знал.
ДАРРЕН
Четкое изображение в один миг перестало существовать. Теперь его видением мира была словно запись с камеры, дрожащей в руках. Словно тот, кто снимал, от кого-то убегал. Вспышки от света, дрожащая мебель, тряска, оглушающий шум в ушах. И то, что начиналось до мурашек приятным освежающим холодком по горлу снизу вверх, растекалось теперь по всему телу щекоткой. Изнутри, от сердца и до самых кончиков пальцев. Все это сопровождал непреодолимый тремор подбородка. Ему слышался, помимо прочего, громкий стук верхних зубов о нижние. Чувствовал, как сами по себе закатываются раз в доли секунд его глаза. Одновременно. Какими мягкими стали щеки, простыня, и вообще всё, к чему ему все-таки удалось прикоснуться. Это лучше, чем оргазм... - единственное, о чем он мог думать. - Лучшее из всего, что вообще может испытать человек.
Он не в силах был разговаривать и не испытывал в этом потребности. Он лишь тихо шептал себе самому: «Как же мне хорошо. Как мне хорошо. Хорошо. Хорошо. Как же мне хорошо...»
Теперь он лежал на кровати, вцепившись в подушку руками. Тело его тряслось, будто бы от безумного холода. Он очень старался, но не мог выговорить ни слова, дрожащий подбородок и полная трансформация сознания мешали ему это сделать. Грант сидел возле него, следил, чтобы с ним не случилось ничего плохого, и иногда поглядывал в свой телефон.
КРИС
- Звони! – Шеррод грубо приложил телефон к его рту и включил громкую связь. – Можешь сказать что-то сопливое и не терять наше время. Что-то вроде... - и нахмурился, задумавшись. Он набрал его номер.
Гудок. Гудок. Гудок.
Этого не может быть – подумал Крис. Все это каким-то образом было подстроено...
ДАРРЕН
- Ну как ты? – Грант на секунду оторвался и с трудом поймал взгляд Даррена.
В ответ он не получал кроме мычания и непонятного происхождения стонов – ничего. Вдруг помимо этих звуков Гастин обнаружил кое-какие звуки еще. На тумбе лежал телефон Даррена и издавал настойчивую вибрацию. Он, поняв, что звонят точно не ему, брякнул:
- Эй, тебе звонит кто-то.
И к огромному его удивлению, Даррен его даже услышал. И даже, кажется, понял, о чем он говорит.
КРИС
Гудок.
Или это не его номер, или здесь не ловит связь, но не может же он просто не взять трубку...
Гудок.
ДАРРЕН
- Ко... - сказал он в ответ, окосевшими теперь огромными глазами окинул комнату. При виде одеяла рядом глаза его распахнулись еще больше. Теперь он расплылся в кривой, созданной из, конечно, дрожащих губ, улыбке.
- Чего?
- Корд. – Собравшись с силами, он смог выговорить это слово.
КРИС
Гудок.
Или может – отдалось в его голове. Ведь он сейчас там развлекается... Развлекается как и хотел. И ничего не было подстроено. Шеррод полный идиот, а Даррен – предатель. Вот и все. В голове все линии, наконец, пересеклись в одной точке. От этого стало невыносимо легче. И что такое смерть по сравнению со всей этой огромной кучей нерешенных проблем, к которым страшно притронуться...
ДАРРЕН
- В смысле Корд тебе звонит или что?
Крисс, насколько это было возможно, кивнул, а затем полностью снова переключился на одеяло.
- Ну тогда я бросаю трубку, нахер этот Корд нам нужен. - Грант дотянулся до тумбы свободной рукой и даже не смотря, кто звонит, сбросил вызов кнопкой сбоку.
КРИС
Абонент не отвечает.
С громким звуком кнопочного телефона Вилл нажал на сброс и весело пожал плечами.
- Ну че, кинул тебя твой дружок? Ох, как мне жаль, - съязвил он и наиграно вздохнул.
- Ненавижу тебя! Ненавижу! – Колфер снова стал кричать и вырываться, уже не думая о том, что это бессмысленно. По-другому он не мог.
- Кого ты ненавидишь то, дорогой Крис? – спокойно спросил Шеррод. - Меня или того, кто тебя кинул и даже трубку не берет?
Крис резко замолчал. Попытки вырваться прекратились.
- У тебя десять секунд. Десять, девять, - он говорил так, будто отсчитывает вместе с хором взрослых на детском празднике, сколько остается до конца выполнения веселого конкурса.
Колфер вжался в кровать и зажмурился. Через пару секунд он почувствовал холодный металл на шее. На секунду он открыл глаза. Ему было интересно, что он увидит в глазах напротив. Он увидел в них страх. И снова зажмурился. Никому нельзя доверять. Подумал он в последнюю очередь. Через секунду Уилл, заметно тужась от напряжения, выстрелил в шею Криса.
***
Каждую секунду Даррен менял положение, шуршал, разговаривал сам с собой и без конца возился с одеялом. Он пробовал прислушаться к ощущениям снова. Они уже не были такими, как впервые секунды и поначалу даже пугающими. Предметы все еще не вставали на свои места, щекотка все еще дарила, отдаваясь полностью, чертовски неописуемые ощущения Другого Мира. Наконец, ему захотелось разговаривать.
- Мне очень хорошо, – дрожащим голосом, наконец, произнес он уже громче и поднял глаза.
- Я вижу! – расхохотался Грант. – Ну что, не так уж и страшно, как думал? – и осторожно придвинулся к нему. – Как ты себя чувствуешь? Хочешь поговорить?
Даррен резко дернулся от новых ощущений. Голос Гранта показался теперь ему самым родным, и очень заботливым. Он подумал о том, с каким трепетом Грант задал этот вопрос. Что было в его глазах... Ему действительно интересно, хочу ли я с ним говорить, как я себя чувствую... От такого удивления он икнул.
- Ты... - только и сказал он. – Обними меня и все.
Грант расслабленно вздохнул, широко расставил руки и пустил Даррена в свои объятия. Тот основательно устроился на его плече, осторожно обхватил руками его тело и закрыл глаза. По коже забегали мурашки. Он искренне не понимал, почему весь этот вечер так не хотел ехать в этот дом, так волновался и раздражался. Но мысль надолго не задержалась, и он вернулся к тому, откуда пришел – к наслаждению настоящим моментом. Грант убрал руку, вытащил из кармана телефон и снова обнял Крисса за шею, немного сдвинув его чуть вниз. Он спокойно стал снова кому-то отвечать. Надеюсь, - тихо он озвучил свои мысли, - у меня хотя бы в этот раз будет нормальный стояк.
***
Уилл сидел на полу и играл в пиксельные игры на телефоне. Поступила смс – «Я у дома». Он вскочил и осторожно побежал на цыпочках, озираясь, открывать дверь.
В дом уверенно вошла Мия. На ней были рваные джинсы и футболка с логотипом какой-то из известных рок-групп. Волосы ее были растрепаны, а дополнял образ яркий вечерний макияж. Она жевала жвачку и громко чавкала.
- Сделал дело? – строго спросила она, как бы перебивая потенциальный комплимент, относящийся к ее виду.
- Сделал, - но Шеррод, кажется, и не собирался его говорить. - Я у тебя стрелок номер один! - и с довольной ухмылкой погладил себя по груди и подмигнул.
- Где тело?
- Эй, - он, хитро сощурив глаза, включил кокетливый голос, - тебя его тело интересует больше чем моё? – и, играя бровями, расстегнул первую пуговицу рубашки. Мия цокнула языком.
- Уилл, перестань. Мы на задании. Тут не до шуток, - и опустила глаза. Но все же не смогла сдержать едва заметную улыбку.
- Да ладно тебе отнекиваться! – Шеррод громко расхохотался, - мы успеем.
- Тише ты! – она подскочила и ударила пальцами по его губам. Теперь она была полностью серьёзна. Затем прислушалась, и сказала уже спокойнее, - Уилл, если нас схватят, нам обоим конец. Иногда твоя уверенность, - заворчала она себе под нос, - сослужит тебе плохую службу. – И поджала губы.
- Ладно – и обратно застегнул пуговицу, - но ночью с тебя минет, - и погрозил пальцем. Мия скривилась. – Пошли уже. Тело где? – она была уже порядочно раздражена.
- Там. – Указал он на закрытую в комнату дверь, сконфуженно почесал нос и опустил голову. В комнате, где я и стрелял.
- Что ты вообще делал, пока я ехала?! – теперь уже она забыла о том, что сама же несколько секунд назад велела вести себя как можно тише, и заметно повысила голос.
- Я кушал. Стресс же получил я. Испытал так сказать. Когда стрелял, – и пожал плечами.
- Придурок! Я думала оно уже упаковано! Ладно, идём! – она махнула на него рукой и быстрыми шагами направилась вперед.
Мия открыла дверь и громко ахнула от удивления. Дверь хлопнулась о стенку.
- Какого черта тут происходило? Разбитая чашка, кровь? – она замахала руками. - Ты в перчатках хоть работал? Я сказала тебе его не бить! – а потом прибавила, и уже тише, кусая губы, - блин, что-то уже идет не так...
- В перчатках? – Уилл подошел к ней и посмотрел непонимающим взглядом. Второе и третье сказанное предложение он решил проигнорировать.
- Я тебе же их в карман перед выходом положила?.. – и ее взгляд выражал и недоумение и возмущение и растерянность.
- Блин, – он начал копошиться в карманах и через несколько секунд с виноватым видом достал обе сморщенные черные одноразовые перчатки. – Забыл, кажется. Переволновался.
- Надо было мне все делать! - всплеснула руками Мия. - Ладно, уже ничего не исправишь. – Резким движением она отобрала от него перчатки, брезгливо надела их на себя и принялась за дело: осторожно собирать осколки и класть обратно на тумбу. Уилл так и остался стоять над ней и наблюдать. Она поймала его взгляд и снова вспылила : – чего стоишь? Делом займись, хотя бы принеси пакет мусорный, или убираться помогай! Кровавые вещи и простыню берем с собой.
По ее велению Уилл поспешил выполнять приказание. Но на полпути, пока уже двигался к кухне, остановился и попятился назад. Внутри будто что-то щелкнуло. Он понял, как отвратительно вдруг себя почувствовал!
- Эй, - войдя уже передом, менторски спросил он, - а почему это ты тут командуешь? Я вообще все сделал, а ты нифига! Пришла тут и раскомандовалась! – и хлопнул дверью.
- Что? – взглядом показывая безразмерное возмущение, она злобно отбросила тряпку, за секунду встала и оказалась примерно на одном уровне с ним. - Да если бы не я, - она вытерла пот со лба, - этого плана вообще бы не было!
- А если бы не я, где бы ты добыла такой пистолет, а? – он окинул ее злобным взглядом и поднял брови, всем своим видом показывая, что ставит ее в тупик. Та немного помолчала.
- Добыла бы. – Она сочла, что лучше ответить хоть что-нибудь, чем промолчать, тем самым признавая поражение. Шеррод покачал головой, осуждающе цокая языком.
Внезапно он снова рассмеялся над тем, что пришло ему в голову. Он, коварно улыбаясь, достал оружие и направил его вперед. – Бойся-бойся меня! – и игриво рассмеялся. Та, ничуть не пугаясь, только закатила глаза.
- Как смешно, – и вздохнула. - А знаешь, иногда ты меня просто бесишь. Как вспомню наше начало - ты был идеальным, что случилось сейчас а, Уилл?
- Ты знаешь тоже, - медленно он опустил пистолет. - И трахались чаще. И вообще.
Воцарилась пауза. Оба задумались друг о друге.
Только Мия, наконец, придумала, что еще сейчас скажет эдакого, как вдруг сверху послышался топот. Он приближался.
- Черт, Уилл! – запаниковала Мия и начала метаться из стороны в сторону, - тут кто-то есть!
- Да неужели!
- Тихо ты! – рявкнула она, - прислушайся, я серьезно.
- Да тебе лишь бы не трахаться со мной, - обидчиво нахмурился Шеррод и показательно почесал между ног. - Вот сейчас выйду и докажу тебе, что никого там нет. Он спокойно прошел вперед, уверенно открыл дверь и вышел. Через секунду Мия увидела, как он, напуганный, пятится назад. - Черт, Мия... Ты была права. Там реально кто-то есть.
- Черт! – она закусала нижнюю губу, - это же его бабуля, ее же дом!
- Бля, что делать будем? – и оба задёргались. Бабушка постучала в дверь.
- Крис?! - послышался за дверью дрожащий сонный, но в то же время бодрый и возмущенный голос, - я тут мочу пришла вынести, ты мне не поможешь? Нужно мне капли в глаза закапать.
Мия и Уилл в панике переглянулись. Ручка двери медленно и со скрипом поползла вниз.
***
- Знаешь, - сказал Грант, выключая телефон, - ты был прав, когда говорил, что ситуацию с девушкой нельзя отпускать просто так.
От резкого начала разговора Даррен вздрогнул и резко отстранился. Его глаза все еще бегали по пространству и не могли найти себе места.
- Чего? – улыбаясь, спросил он.
- Нужно уметь отпускать. – Кивнул Грант серьезно. – Я сожгу ее вещи, и покончим с этим.
Глаза Даррена сделались испуганными:
- Нет, нет... - он осторожно приблизился к нему снова, - я не хочу отсюда уходить. Пожалуйста, – и словно об этом умолял.
- Да брось ты! Пошли.
Он, показывая, что не желает тратить время на пустые споры, вскочил с кровати, чуть пошатнулся и подал ему руку, - пошли. Или я сам пойду, а ты сиди тут. – Строго сказал он ему, как ребенку. Даррен покорно встал и с большим трудом удержал равновесие. Они обошли кровать и почти вышли из комнаты. Перед тем, как выйти совсем, Даррен обернулся, чтобы еще раз взглянуть на светильник. Теперь он казался ему искусством: это же надо было кому-то такое придумать. Будто кит светится. И это потрясающе... - он сощурился, потому что не мог вглядываться в кажущийся слишком ярким свет и вошел в чистейшее благоговение. Он все еще не мог сфокусировать взгляд на чем-либо, хоть и изо всех сил старался понять, из чего же сделан кит.
- Ну ты идешь? – услышал он раздраженный голос исходящий уже откуда-то издали или уже снизу. Но отвечать показалось Даррену лишним. Он любовался комнатой. Он подошел ближе, чтобы лучше рассмотреть произведение искусства и изучить, как падают тени, взгляд его упал на тумбу. А затем и на телефон. Точно... Мой телефон. Он бережно и заботливо, будто новорожденного ребенка, взял его и поднес к лицу.
- Я нашел телефон, - и почему-то посчитал, что сейчас этим обрадует своего нового знакомого. Тот удивленно поднял на него глаза. Глаза, полные умиления.
- Ну молодец!
- И мне кто-то писал...
- Ну хорошо. И что?
Он подошел ближе: - На, посмотри. Я не могу читать, - по телу все еще бегали мурашки. – И да. – Прибавил он, - я хочу, чтобы ты мной, пожалуйста, поговорил...
- Сожжем вещи и поговорю, - Грант был уже немного зол. Даррен, увидев это, начал искренне и активно переживать:
- Ты что, обиделся на меня?
Грант цокнул языком, резко взял телефон у него из рук и, хмурясь, уткнулся в экран.
- Ого! – через пару секунд глаза его округлились. – Тебе это точно не понравится! Даррен завертелся на месте:
- Что там?
- Да твой Колфер пишет. Отвали, придурок – написал. Как тебе такое?
Даррен остолбенел. Лицо его за секунду покрылось красной краской. Ему стало невыносимо жарко. Захотелось на воздух. Снова начало тошнить, а эта щекотка будто стала теперь издевательской.
- Как?.. – он растерянно развел руки в стороны. Лампа словно засветила ярче, его глаза начали слезиться. – Дай обратно, пожалуйста. Этого не может быть... Он не мог так написать...
Грант послушно отдал телефон и продолжил начато им самим дело: присел на корточки и снова стал распределять вещи девушки на две кучи.
Даррен вгляделся в экран и насильно заставил зрение сфокусироваться на словах. Все было точно таким текстом, как и сказал Грант несколько секунд назад. Жизнь окончена – пронеслась в голове. Он меня не любит. Он меня теперь ненавидит. Да что же я наделал...
Его новый знакомый резко встал на ноги.
- Все дело в том, - он шмыгнул носом, - что ты, как я и полагал, не понимаешь очевидных истин, – и по этой фразе Крисс понял, что, оказывается, озвучивает свои мысли. Ему стало страшно: ведь он не помнил своего голоса. Не помнил, как только что это сказал... Ему показалось, что он этого и не говорил. А Грант каким то образом просто взял и прочёл его мысли.
Грант, растягивая и смакуя, продолжал:
- В нашем мире кино ежедневно у кого-то случаются интрижки. А потом это заканчивается, как и само кино, - и на этих словах он начал удаляться к кухне. Даррен медленно, бесконечно перечитывая два этих слова, поплёлся за ним. – Люди увлекаются друг другом, потом расстаются, и знаешь, если бы каждый придавал всему такое значение и бежал вешаться – все бы давно уже умерли.
- Но нет!.. – он даже закричал. – Не может такого быть! Он не мог такое написать... - и погладил экран большим пальцем.
Грант небрежно открыл дверь верхней кухонной полки и запустил руку в пакеты с крупами. Через пару секунд он довольно буднично вытащил оттуда еще один пакетик, сощурившись, сотряс его и примерно определил количество, затем открыл выдвигающийся ящик. Правый острый его угол попал по ноге Даррена, который стоял там и был исключительно в своих мыслях, и даже не обратил внимания на внезапный удар и боль. Как так могло случиться... Как я мог его так потерять! Грант сосредоточенно перебрал несколько ложек, выбрал одну, которая невесть чем отличалась от других, и отошел к столу. Даррен, наконец, решил продолжить беседу. Он понял, если еще немного он вот так будет стоять на одном месте и думать, думать без обратной связи, а Космос он уже не брал в счет, он провалится. Провалиться куда-то очень глубоко. Туда, откуда выбраться очень трудно...
Он с огромным трудом вытянул себя в реальность резким рывком, отошел от кухни, подбежал к столу и начал вертеться вокруг Гранта, смотря то в телефон, то на окружающий ставший странным и жутким мир. Из косметички, лежавшей на столе, Гастин выгреб шприцы, а саму косметичку отправил лететь к остальным ждущим утилизации вещам. И пока Даррен панически выдумывал, что же такое сказать, Грант его опередил:
- Дарр, когда человек так пишет... - он поднял глаза и аккуратно положил ложку на стол, так, что не было слышно даже соприкосновения, вероятно, серебра и дерева, – значит ему плевать. Прими это и все. – И то, как легко он об этом говорил, больше всего и пугало Даррена. Он снова ощутил сильнейшее напряжение между ними. И если для него так просто выбросить пятилетние отношения в помойку и просто сжечь вещи... Что он вообще понимает в этой жизни! Но тот продолжал. Он не старался убеждать, и именно из-за этого последующие слова были такими убедительными. – Когда человек так пишет, - снова повторил он и бережно расправился с упаковкой шприца, - значит, он действительно хочет, чтобы ты отстал. Иначе никак. – И положил шприц рядом.
Даррену снова захотелось бежать, и быстрее, как только может, пока еще не произошло верование в слова его нового знакомого. Но он уже не мог это сделать.
– Если бы он оскорблял тебя, писал о своих обидах и пытался выяснить отношения, тогда и был бы какой то шанс. Но здесь... - он покачал головой, наливая теперь в ложку воду из небольшого флакона, - здесь ты и сам должен всё понимать.
- Но... - он чуть подался вперед. Изо всех сил он пытался подобрать слова, которые были бы началом спора, где бы он, Даррен, обязательно одержал победу. Но он их не находил.
- Да и знаешь, ты же не видишь, как он там развлекается. Ведь ты тоже здесь отдыхаешь без него и живешь своей жизнью, - и ухмыльнулся. Даррен тяжело выдохнул и сел напротив него. Ему захотелось его ударить и закричать: «Да ты же сам меня в это втянул! Я хотел говорить с ним... Я не хотел развлекаться...» Но понял, что сказав это, он выставит себя полнейшим идиотом, ведь никто его не приводил сюда силой. Он громко сглотнул подступающие слова. Изо всех сил он старался себя успокоить.
Он оглядел Гранта и удивился, как он сосредоточенно, смакуя и наслаждаясь процессом, приготовляет наркотик. И ему, хотя бы теперь на долю процента стало понятно, почему он вообще все это делает. Глядя на него он стал, ему казалось, даже обретать, насколько это возможно, гармонию. Неведанным образом мысли обернулись обратной стороной.
- Может ты и прав. – И он сказал искренне, и ощутил, как от этого стало будто легче.
- А я о чем.
И Даррен был поражен, что тот даже не порадовался, что с ним, наконец, согласились. Гастин, спустя пару минут, закончил обряд, набрал жидкость, пару раз небрежно постучал пальцем по шприцу, аккуратно выпустил воздух и твердо положил левую руку на стол. Даррен затаил дыхание, и ему на секунду показалось, что он смотрит на роды. Грант сжал руку в кулак. Я не смогу пережить это расставание. Облегчение обернулось сдавливающей сердце болью и непреодолимым страхом. Грант, напевая что-то из собственного репертуара, фамильярно откинулся на спинку стула и стал прицеливаться глазами, оглядывая собственную руку. Определившись, он поднес к ней иглу и шмыгнул носом. Даррен отвернул голову влево и уставился на дверь. Нет, я не хочу на это смотреть... На всякий случай он зажмурился. Еще чего, плохо станет... Он чувствовал, как эффект наркотика ослабевал и в сознании существовал лишь оставшейся после него паникой и грустью. Безумной грустью. Он, сам не понимая, зачем и как, открыл глаза и повернулся снова.
- Сделай это мне. – Тихо и осторожно сказал он. – Пожалуйста. Потому что я больше не могу, - и обхватил лицо руками. Грант отвлекся и резко поднял голову.
- Сделать тебе что? – и нахально провел взглядом по его лицу.
- Да господи! – Даррен хлопнул ладонями стол и был уже разозлен. – Укол, - замахал руками он, - или как вы это там называете!
- А, – кашлянул Гастин и снова углубился в процесс. - Да без проблем.
ЭШЛИ ФИНК
Эшли безумно скучала по Крису. Теперь, когда он уехал, и они могли только переписываться, да и то, происходило это не часто, она окончательно поняла, как пуста без него ее жизнь. Несмотря на то, сколько друзей, знакомых и поклонников, которые ежедневно то в социальных сетях, то на встречах мелькали возле нее, внутри ее грызло одиночество. Может ли один человек заменить весь мир... Или это просто уже болезнь.
В эту ночь, а особенно после тоскливой встречи по случаю третьего сезона, Эшли позвонила самой более или менее сносной из своих подруг и срочно позвала ее к себе. Она пошутила, что приготовит или еще ужин, или уже завтрак, или, если ей угодно – и обед, но точно вкусный. Та с радостью согласилась. Эшли подумала – если сейчас мне кажется, что вокруг меня не крутится жизнь... Я должна крутиться вокруг самой этой жизни.
Бекка приехала к ней ровно в три часа ночи. Та несказанно ей обрадовалась и побежала обнимать. Она мечтала: сейчас я отвлекусь и перестану, наконец, прокручивать в голове всю эту бесконечную бессмысленную жвачку мыслей. Но речь сразу же зашла о том, что ее волновало в последнее время, но, конечно, косвенно, так как своей тайны она никому не выдавала. То, что она рассказала о своей безумной любви Корду, когда они пьяные лежали в джакузи - было не в счет. Она это плохо помнила, да и это было уже совсем в другой жизни.
Ее подруга всегда выглядела настолько беспечной, что Эшли каждый раз думала: что, у нее и вправду никогда не было никаких серьезных проблем и переживаний? Ее ли это выбор? Или она что-то очень хорошо скрывает? Или, может, она просто любит жизнь...
Она приехала и привезла дорогое вино. Эшли оглядела эту, все еще запотевшую от холода, бутылку, влюбленным взглядом. Ей захотелось отведать его в ту же секунду.
- Здорово! – наконец выдала она.
- Ага!
Финк достала из холодильника зеленые оливки, пармезан, а потом потянулась к верхней полке и взяла орешки. Вино уже было налито. Она сглотнула. Это должен быть хороший вечер... Стол украсили тарелки из японского фарфора, а их в свою очередь украсила закуска. Они, наконец, сели за стол друг напротив друга. Эшли, едва успев устроиться поудобнее, немедля отхлебнула вино, но вовремя себя остановила, как бы ей не хотелось выпить все до дна.
- Хотела тебе рассказать, - начала она, поняв, что испытывает уже даже физическую потребность поделиться хотя бы частью своих переживаний, - что... - и задумалась, как бы сказать мягче и так, чтобы не опозориться, - что углубилась в тему, как работают наши мечты и как сбываются.
Бекка отвлеклась от поедания оливок. Пить ей хотелось заметно меньше, чем есть.
- Ого! – она была живо удивлена. – Магией что ли теперь помышляешь?
Эшли светски рассмеялась, облокотилась на спинку стула и махнула рукой.
- Да ну какая магия, - и, чуть улыбнувшись, закатила глаза. – Это чисто психология. Сейчас нужно быть в курсе всего, что происходит, - и задумалась, затем прибавила: - потому что все сейчас обо всём в курсе.
- А-а, - и метко закинула в рот оливку. Эшли обрадовалась, увидев, как ее подруге явно интересно об этом разговаривать, но потом подумала: наверное, ей вообще обо всем всегда интересно разговаривать. Такой человек... - сама она не притрагивалась к еде. Но оно и к лучшему. Всегда может поддержать...
- Это касается темы о желаниях и так далее. – Эшли осторожно взглянула в глаза Бекке, пытаясь оценить реакцию, и на случай, если она вдруг увидела бы там насмешку, сразу смогла бы обернуть все в шутку и свернуть тему. Но там было лишь любопытство и, насколько можно было прочесть, желание слушать об этом и дальше.
- И что?
- Якобы какие-то схемы! – Финк усердно делала вид, что эта тема для нее не более, чем просто развлечение. – Для общего развития, так сказать... - и, конечно, утаила о том, как в слезах, считая это действие унижением, отдала несчастные семьдесят баксов, чтобы пройти тренинг, схватившись за него, как за спасательный круг.
- Интересно! – Бекка потерла руками. – Там надо было что-то загадать?
- Ну да, - кашлянула Эшли. – Естественно.
- И что же ты загадала?
Эшли заметно напряглась и поняла, что ее поставили в тупик. Но все-таки вовремя спохватилась и громко рассмеялась:
- А это тайна! – и подмигнула. – И пока нельзя говорить. А то не сбудется. – И затем выпрямилась и дружелюбно улыбнулась. Та улыбнулась в ответ.
- Ну ясно! – и отпила немного вина. – Я бы, может, тоже хотела что-нибудь такое пройти ради интереса. Знаешь, иногда кажется, у тебя, вроде, все есть... - она задумалась и нахмурилась. – А потом думаешь, может на самом деле и не все, чего бы ты хотел!
- Угу-угу... - промычала Эшли в ответ. На кой черт я завела эту тему, если я даже не могу полноценно поговорить обо всем этом! Она была разозлена на то, что у нее не было друга, с которым она могла бы рассказать все честно и как есть. Она взглянула на Бекку – та беспечно грызла орешки и что-то счастливо напевала. Интересно – на самом ли деле ей так хорошо и легко живется... Эшли тяжело вздохнула. Господи. Да как они все это делают...
Она подалась вперед, вытянула руку за бутылкой и налила подлила себе еще. Почти до краёв.
- Ты потом расскажи, чем в итоге все закончилось! – кивнула ей Бекка. – Наверняка ведь там есть какой-то секрет! Ладно?
- Конечно, - Эшли натянула улыбку. – Непременно расскажу.
Она ощутила ком в горле. Ей хотелось плакать. Она вспомнила о своем желании и о Крисе. Как же я по нему скучаю... Она, снова подняв глаза, увидела, что Бекка очень заинтересованным взглядом теперь пялится в телефон. Она, как было удобно, положила ногу на ногу, а свободной от телефона левой рукой теребила хвостик.
- О! – она подняла руку вверх. – Кажется, нашла.
- Чего ты там искала?
- Да вот, гляди, - и повернула телефон к ней.
- Да ничего я не вижу, - буркнула Финк.
- Да господи, ща! - Бекка поменяла положение, теперь она забралась на стул с ногами и положила голову на колени. Глаза забегали по экрану, - Вот! Здесь написано, - и что-то зажужжала, - что желания якобы надо отпускать. – И пожала плечами, показывая свое явное неодобрение. – И что всё каким-то образом происходит само без нашего участия.
- Херня короче, - отмахнулась Эшли.
- Ну чего ты так! – Бекка шутливо закатила глаза, наклонила голову и мило засмеялась, - может и не совсем херня. Тема-то интересная! – и снова нахмурилась. - Хоть я и реально считаю, что без всяких там стараний и, бла-бла-бла, мучений ничего путного не выйдет. Не знаю короче, - и отпила, смакуя, немного еще.
На это Финк уже не решилась ничего отвечать. Вместо слов громкими и большими глотками она опустошила бокал и выдохнула винный воздух. Мне бы лучше забыть обо всем этом вообще. Или, как и сказано, отпустить и забыть. Все равно ни бог, ни какая-то там вселенная не смогут мне ни в чем помочь. Она насильственно отвлеклась, встала, подошла к тумбе, взяла банку и вернулась обратно. На блюдце она высыпала еще добрую часть орешков.
- Лучше ты расскажи как у тебя дела.
Бекка с радостью и сразу, будто даже ждала, начала повествование, а Эшли старалась изо всех сил ее слушать. Она была ей благодарна за то, что хоть немного отвлекает от бесконечного круговорота мыслей при любом раскладе с печальным исходом.
***
- Давай руку.
Теперь качай, на.
Даррен послушно вытянул руку вперед и зажмурился. Мне уже нечего терять, и возможно действительно пришло время все это отпустить. Колфера и все эти странные отношения. Он уехал... И я не знаю, о чем он там думает. Быть может и вправду он просто придрался, и на самом деле давно искал причину, чтобы меня вот так вот бросить. Рука его была напряжена. Он старался сжимать и разжимать кулак, как было сказано, и сосредотачиваться лишь на этом.
Он, наконец, ощутил спокойное поглаживание по коже.
- Так надо. – Спокойно и тихо сказал ему Грант, - продезинфицировать сначала. – И нежные прикосновения закончились, едва успев начаться. - Теперь просто сожми кулак крепко. И не смотри.
Игла короткой едва заметной болью зашла под кожу аккуратно, незаметно и быстро. Даррен вздрогнул и почувствовал, как эта самая рука стала холодной. Но почему?.. На этот вопрос он ответить не успел.
Новая волна впустила его в себя. Или это он её в себя пустил. Так, как хотелось. Все то, что он испытывал около получаса назад, теперь казалось полнейшей ерундой. Он больше не думал ни о чем и не слышал в голове никаких мыслей. Он просто ощущал, как ему хорошо. Запредельно хорошо. Реальность накрыло белой пеленой и все, что он перед собой видел, были теперь только белые и пушистые облака. Он перестал понимать, где находится и что делает.
***
Около двадцати минут спустя они, Даррен и Грант, уже стояли и наблюдали самодельный костёр. Треск его отдавал музыкой в ушах, а пламя рисовало в глазах красивейшие картины.
- А знаешь, - вдруг начал Даррен и чуть пододвинул ногой очередную вещь в огонь. – Может Крис меня и не стоит.
- Вот как?
- Ага. Не стоит, - и будто бы ему даже нравилось это повторять. - Слышал? Как можно, ты мне скажи, обидеться на такую тупость? Знаешь, моя жизнь и без него хороша, и без его глупых заебов. Живешь себе один, как раньше, еще до Мии и ни о чем не паришься. - Он посмотрел в небо. - Жизнь прекрасна, и какой же я идиот, что иногда сомневаюсь в этом...
Грант слушал его с интересом и ничего не отвечал. И он словно знал, что Даррен рано или поздно продолжит свой монолог. И он не ошибся.
- Честно говоря, Крис иногда подбешивает. Вот смотри, - и замахал руками. - Идем мы куда-то и вдруг он... - Даррен задумался. Он не мог вспомнить, чем он его бесил. Что было не так? Он напряг память, но на ум ничего не приходило. Возникла неожиданная пауза. Крисс начал судорожно перерывать все моменты в голове и серьезно озадачился новой проблемой. Затем он довольно быстро отвлёкся и стал вслушиваться в тишину, которая представлялась ему теперь очень красивой. И только сверчки играли на ней, тишине, красивую мелодию.
- Ээ, чем? - тут Гранту стало интересно, и он решил изменить своим принципам и все-таки что-то сказать.
- Ах да. Ну, например... – Даррен почесал за ухом. – Например, про Вилла заговорит! – внезапно он вспомнил хоть что-то и был несказанно этому рад. Он поднял указательный палец вверх. - Ну бесит же, ну. Гуляем мы, у нас все хорошо, зачем про крокодила этого вспоминать? Он давно уже в прошлом. – И вдруг Даррен сощурился и вцепился взглядом в Гранта. - Погоди, а вдруг нет? Я уже ничему не верю. Уехал к бабке... – взгляд теперь стал возмущенным и удивленным от собственного открытия. - И эти тоже куда-то свалили... Вилл я имею в виду, – пояснил он, жестикулируя. Грант выдержал небольшую паузу.
- Ты же сам про Уилла говоришь! – подметил он полу-шуткой.
- Точно! Ебаный в рот – теперь он громко расхохотался, - мы же прямо сейчас говорим про Уилла! Боже, как это смешно! – и готов был повалиться от смеха на землю.
Гастин около минуты дал ему насладиться таким весельем, а потом громко закашлял.
- Я устал об этом говорить, - отрезал он. – Хуй с ним, с Колфером. Отпусти ты его. Да и с костром тоже. Пошли лучше в дом танцевать.
Даррен замолчал. Идея показалась ему заманчивой.
Они начали отходить от огня. От такого резкого и ощутимого перепада температуры у Даррена по коже забегали мурашки. Стало вдруг очень-очень холодно. И он уже даже не понимал, грустно ему или весело. Они зашли в дом, а костер остался в другой вселенной. Стало еще холоднее. Наверное, все из-за этого кондиционера...
- А вдруг он совсем не мой человек вообще, - и всё никак не мог прекратить об этом думать. Грант это принял.
- Да, - поддержал он. - Может и не твой, – и пожал плечами. Время покажет. А пока у тебя есть возможность просто повеселиться и отдохнуть. – Он настойчиво поставил в разговоре окончательную точку.
- Удивительно... - Даррен вслушался в тишину. - Мы как будто всю жизнь друг друга знаем! – он был шокирован таким количеством чувств и эмоций одновременно. Он понял, но не сразу, что, оказывается, плачет. А может и уже давно, - чего это я... Расчувствовался. – И указал на свои глаза сразу, чтобы потом не было насмешек и вопросов. - Не обращай внимания.
- Да ладно тебе! – он постарался подбодрить его улыбкой. - Иди обниму и вся херня пройдет! - и он снова, широко расставил руки. Крисс подбежал и крепко его обнял. Он вспомнил, как они уже обнимались какое-то время назад. Ему снова стало тепло.
- Блин, - пробурчал он, - мне иногда кажется... А что если бы я не вернулся!
- Стой... отвлекся Грант и посмотрел ему в глаза. – А почему ты вернулся? – и он был на редкость серьёзен. Даррен замешкался.
- Я, я... Я не знаю... – и тяжело выдохнул. - Предчувствие. Наверное. – И он вдруг заметил, какие огромные зрачки у Гранта. Такие, что даже было не разобрать, какого цвета его глаза. Как луна. Такие огромные... Он на них засмотрелся.
- Понимаю, – тот буднично отвёл взгляд. – Но если бы не вернулся, мы бы уже, наверное, никогда не подружились. – И снова поставил точку. И Даррена в тупик. Он четко это понял – очень часто после его слов уже нечего сказать. И начинается что-то новое.
Они поднялись наверх. Грант достал из кармана телефон, хмурясь и иногда улыбаясь, вновь кому-то ответил, и только потом включил музыку. Спокойную, но в то же время заходящую за пределы реальности. Там была гармония. Даррен не мог разобрать, мажор это или минор. И эта музыка стала его третьей волной. Его начало шатать, а перед глазами – снова все расплываться. Грант смотрел на него с умилением.
- Это называется приход, - объяснил он с важным видом, словно проводил экскурсию. Он, чуть сделав звук громче, небрежно бросил телефон на кровать.
Даррен, окончательно потерявшийся, снова бросился к нему в объятия. И на этот раз более основательно. Положил ему голову на плечо. Осознал, как у него бьется сердце. И что оно вообще бьётся.
- Блин, это самый лучший день в моей жизни, – еле-еле выговорил он, путая слоги, заплетающимся языком. – И никогда мне не было так хорошо... Жизнь была такая скучная, а сейчас... - он увидел ярчайшие салюты в голове, а музыка теперь отдавала маршем. Он что-то бурчал себе под нос: - Ты такой мягкий... И все сильнее к нему прижимался. Очень хорошо. Запредельно хорошо. Очень. И так, как никогда...
Но вдруг, среди огромного океана любви и гармонии, Даррен почувствовал, что на какую-то секунду окончательно провалился из собственной памяти. Где я и что делаю? В голове туман. Белые, а может теперь и черные волокна окутали его сознание. Когда самолет садится... И летит сквозь облака. И ты будто не понимаешь, куда ты летишь... И ты не знаешь, может, сейчас этот самый самолет врежется во что-то, чего не было видно из-за облаков. И разобьется. И я вместе с ним. Черт, что со мной? Ему стало по-настоящему страшно. За одну секунду.
***
Бекка, уже сильно выпившая, но довольно счастливая, прощалась с Эшли и тепло обняла ее.
- Спасибо что пришла! – Финк похлопала ее по плечу.
- Да мне то что, - она оторвалась, махнула рукой и улыбнулась. – Это тебе спасибо, что позвала, напоила, накормила, да еще и выслушала мои скучные истории! Эшли обманывать не стала. Ее истории были и вправду не самые интересные. Она повторила ее жест дружелюбного маха рукой и поспешила открыть дверь. И уже перед самым уходом, когда дверь за ней почти открылась, она вдруг сказала:
- Эй, Эшли?
Та устало и, не скрывая раздражения, кивнула.
- Может все это и не херня. И может, что там ты загадала, уже начало закручиваться. Просто ты об этом еще не знаешь.
- Угумс. – Отрезала Эшли и зло хлопнула дверь. Да что она во всем этом понимает! Неожиданно для себя она заплакала.
***
- Эй, эй!
Он почувствовал, как его шлепают по щеке. Кто-то из другого мира. Совершенно другого. - Даррен! Ты в порядке?
Он услышал ласковый голос.
- Мне страшно. – С трудом выговорил он тихо. Губы его дрожали. Наконец он открыл глаза.
- Ну чего тебе страшно, - заботливо улыбнулся Грант, - все же хорошо, ну, иди ко мне.
- Черт... - он накрыл лицо ладонями. Грант, даже с некоторой силой притянул его к себе. Теперь они стояли напротив окна. И Даррен слабо его обнял. За окном теперь ему виделось сразу четыре луны и очень много звезд. - Там...Несколько лун - заметил Даррен и указал на них пальцем. – Ты видел?
- Ага, ага. Тебе полегчало?
Даррен снова углубился в раздумья.
- А что мне было плохо?
- Да, наверное, передоз словил... – он шмыгнул носом и немного отошел. - Переборщил я с дозой. Я же сам нетрезв, - и был теперь совершенно серьезен. Даррен отпрыгнул назад и закричал.
- Черт я сейчас умру, Грант! – и слёзы снова полились из глаз. Но уже совсем другие. - Я не хочу умирать! - он сел на пол на колени, съёжился и задрожал. - Я умираю! Я хочу еще пожить! Я ведь столько всего еще не увидел...
- Тс-с, - Грант наклонился к нему. - Ты не умрешь, слышишь? Все будет хорошо.
Он аккуратно накрыл его щеки ладонями. - Черт, да не бывает смерти от передоза этим наркотиком! Не переживай. Я же здесь, с тобой, я опытный в конце концов, - осторожно хихикнул он. - Не бойся, ничего не бойся!
Даррен снова ощутил провал, а после, сам уже не понимая как, и, конечно, не видя, по той причине, что глаза его были снова закрыты, он ощутил губы гранта близко со своими. Он почувствовал его дыхание. Вместо темноты начали рисоваться различные фигуры самых красивых цветов, которых не бывает на свете. Ещё секунда – сказал неведомый голос из еще одного неведомого мира - и ты изменишь. Даррену снова стало страшно. Он почувствовал вдруг себя самым одиноким на свете человеком. Он меня сейчас не поймет. Крис неизвестно где. Корд послан. Да что они все... Я и сам себя не понимаю...
Дыхание продолжалось и приближалось. Он вздрогнул, когда Грант теперь обнял его за шею. Как может быть все настолько прекрасно и так ужасно одновременно? Частичка сознания еще осталась. Она ныла как больная мозоль. Но Даррен решил не обращать на это внимание и просто поцеловаться, просто раствориться в поцелуе и забыть обо всем. В эту самую секунду, когда он приблизил свои губы к губам Гранта, послышалась сирена. Говорящая сама за себя. Даррен был напуган тем, что он не знал, рад ли он, что прозвучала эта сирена, и из-за нее поневоле не состоялся их поцелуй. И только потом, через несколько секунд, когда Гранта уже не было рядом, он понял, что это за сирена. И о чем она говорит.