ГЛАВА ДЕСЯТАЯ.
Ночь, люди, музыка, мотоциклы — так можно было коротко описать эту жаркую ночь. Но «коротко» не передаст и сотой доли того, что творилось здесь. Воздух был густым от запаха бензина, раскалённого асфальта и адреналина. Казалось, даже звёзды над нами дрожали от этого баса, от этого непрерывного, звериного рёва моторов.
Я и Али уже были наготове. Кара уже трясся от желания победить и уделать всех в этой гонке. Лето — самое время для безбашенных поступков.
— Дорогие зрители! Сегодня я буду вашим судьёй! Надеюсь, все знают меня?! — из зала послышались бесчисленные крики. Кто-то был в восторге, кто-то в ужасе от поведения других. — В гонке будут участвовать наши лучшие участники! Делаем ставки на выигрыш! Итак, под номером один выступает наш красавец на белом коне — Баяз! Поддержим его! — сказал ведущий, и зал, на мгновенье успокоившийся, уже снова орал на весь голос. Чётче всех были слышны крики дерзких девчонок, желающих заполучить себе мотоциклиста. К слову, это был Али. Круто, да?
Так в одной гонке оказались и я с Али. Керема мы тоже звали, но всё-таки он отказал, ссылаясь на плохое предчувствие.
Несмотря на экипировку, сегодня у меня тоже были предостережения насчёт этого дня. Сомнения подкрадывались с самых незначительных мыслей, и только она успокаивала мой разум. Дарья.
Да, осталось несколько минут до начала жёсткой гонки, а я думаю о ней. Эта кошечка была ласковой и немного неуверенной, такой, что я с трудом мог оторвать взгляд. Даже в торговом центре, когда мы встретились, я не смог не поздороваться. Она странная, но такая милая. Её небольшие щёки, вьющиеся тёмные волосы, вздёрнутый носик — всё это притягивало меня. В первую же встречу в бассейне она пленила меня.
— Участники, приготовьтесь! — послышался мужской голос.
«Так, Берат, если выиграешь эту гонку, то пригласишь кошечку на свидание», — я ударил руками по своим щекам, настраиваясь на выигрыш, и надел шлем.
— На старт!.. Внимание!
Последовала небольшая волнующая пауза. Казалось, она длилась вечность. В эту секунду мир сжался до одной линии на асфальте, до точки перед глазами. Тишина стала такой оглушающей, что в ней было слышно, как бешено колотится сердце.
— МАРШ!