30. Осколки

Пока два лошарика просыпались после утренней пьянки, я умылась, оделась в ту одежду, что в прошлые разы оставила у Джоша, затем, убралась в комнате: застелила кровать, подняла разбросанные вещи, да и просто протерла пыль в доступных местах.

Потом , не думая ни о чем, вышла и спустилась вниз. Джоша не видно, но слышно. Он что-то разбивает на кухне. Следую на звук.

— Джо? — захожу.

Джош стоит и раскладывает посуду из посудомоечной машины. Старается делать это максимально тихо, но получатся плохо. Каждый раз, от резкого звука, Джо дергается и сам.

— Ты чего тут делаешь? — присаживаюсь на стул.
— Боже! — вскакивает Джош и роняет тарелку. Она разбивается и осколки летят в разные стороны.

Я едва успеваю прикрыть лицо, и осколки летят мне не в лицо, а в руки. Громко вскрикиваю сначала я, а потом и Джош. Отвожу руки в сторону, втягивая воздух сквозь сжатые зубы. Друг подбегает ко мне, хватая мои руки.

— Родная, боже, — он крутит их в разные стороны. Я еле держусь, чтобы не запищать от боли. — Прости меня, солнце, прости!
— Джош, — шиплю. — Отпусти руки, больно!
— Блять, — затем он встает и сам наступает на осколки. Но видимо ничего не чувствует.

Достает аптечку, идет обратно более аккуратнее. Затем, хватает левую руку, из которой у меня уже течет кровь.

— Я сейчас вытащу осколок, — я сжимаю губы и прикрываю глаза. — Не бойся, постараюсь аккуратно.

Затем, он хватает осколок, я чувствую, как он чуть двигается у меня под кожей. Потом двигает его наружу, аккуратными, но ловкими движениями. Я почти не чувствую боли.

— У тебя еще один в этой же руке, я боюсь уже тебя трогать, дорогая, — приоткрываю глаз и вижу, как с Джоша уже стекает сто потов. Переживает. — Убираем?

— Кого? — мы с Джо одновременно поворачиваем головы к проходу. Пэйтон. Уже трезвый, судя по виду, да и сонным тоже на выглядит.
— Тебя, — отвечаю в ответ, а потом чувствую, как осколок шевелится. Шикаю. — Джош блин!
— Вы что тут делаете? — он осматривает окружающую обстановку. — Джош, ты опять со своими макаронами это всё натворил?
— Да, — выдыхает он и вынимает осколок. — Вроде все, Несс. Огляди руки своим молодым взглядом.
— Ты ей осколки вытаскивал? — Пэйтон осматривает мои руки и кровь, которая осталась на полу. — Это все от одной руки?
— Не, — машет Джо. — я в ногу всадил.
— Ты идиот? — Пэйтон аккуратно подходит к нам, хватает меня на руки и относит в зал.

Он сажает меня на диван и поднимает мои больные руки вверх. Я буквально чувствую, сколько мелких осколков влетело мне в них. Да и Пэйтон, как на зло, давит на больные места.

— Пэйтон! — не выдерживаю и одергиваю руку.
— Он вытащил тебе не все осколки, — затем встает, замечает Джоша, сажает его рядом со мной и плавно вытягивает большой осколок из стопы. — Сейчас я обработаю и бинтом замотаю. Секунду.

Пэй и делает все то, что сказал. Капает перекись на рану, та шипит, затем наносит какую-то мазь и затепляет все бинтом. Джош поднимается и пожав руку Пэйтону, удаляется куда-то на второй этаж.

До гостей еще времени уйма. Наверное, ложится спать.

— Теперь ты, — я грустно вздыхаю. — Руки сюда давай и на, — тянет мне подушку. — Покричи в нее или укуси. Я сейчас вытащу остальные осколки и обработаю тебе все.
— Насколько плохо все? — испуганно шепчу.
— Уже не так, как было, — я киваю. — Давай, малявка, кричи.

И он проделывает те же процедуры, что и Ричардс, только еще и обрабатывая. Самое больное, как и ожидалось, было второе. Перекись щипала настолько сильно, что я чуть не укусила по ошибке самого Пэйтона. Но тот молча стянул рукав на левую руку и протянул мне.

Конечно, я отказалась. Но жест мне показался довольно милым.
Пэйтон обрабатывал еще около шести минут (это я считала по секундам), а потом отобрал, серьезно взял и забрал у меня подушку.

— Эй! — кричу и тянусь к подушке. — Отдай!
— Тормози, малявка, — он откидывает ее в сторону. — Я все.
— Что теперь?
— Убираем осколки и идем решать наши недоразумения, — я приподнимаю левую бровь и оглядываю руки. — У Джоша сегодня днюха и как бы я не пил, дорогая, готовиться надо. Он испугался, но.. тем не менее, надо же принять гостей.
— Тормози, я уже больше не могу слушать галдеж, — аккуратно, чтобы не повредить больные руки, встаю. — Пошли, надо убрать осколки.
— Это ты тормози, дорогая, — он протягивает мне руку, но когда я не протягиваю в ответ, просто закидывает меня на плечо. Как и тогда, в школе! Как мешок
— Пэйтон, я не мешок картошки!

Затем, он сажает меня на стул , подальше от места происшествия. А сам достает метлу, совок и швабру. Убирает осколки, моет полы. Настоящий хозяюшка. А я сижу и пытаюсь понять, как так вышло, что осколки так сильно отлетели от Пола, что пж попали мне в руку?

— Ну что? — я поднимаю глаза. — Сейчас открою входную дверь, разбужу Дилана и надо кое-что обсудить.
— Ты же сказал, что надо приготовиться???
— Перекинем все на Дилана.

Я закатываю глаза и встаю. Но меня опять закидывают на плечо.

— Вообще то я умею ходить сама , — закатываю глаза.
— Вообще-то да, Мурмаер, — мы резко тормозим и одновременно поворачиваемся. На пороге уже стоят Джейден и Энтони.
— Двери закрыты?
— Открыты, — улыбается Энт. — Я чуял , что надо раньше прийти. Идите, обсудите, что надо было, мы сами все сделаем
— Короче, — цокает Джей, когда замечает наши непонимающе взгляды. — Дилана не трогайте, встанет ближе к началу праздника.

Я киваю и уже лечу на второй этаж.