Желание, острое как нож

С утра воздух висел плотным, влажным полотном, будто кто-то забыл выключить ночь и просто сделал ее на пару тонов светлее. Дорога к центру города и редкие почерневшие столбы казались вырезанными из одного куска серого. Я вышла на крыльцо с кружкой остывшего кофе — уже привычный ритуал. Это было утро, когда я должна была идти с Паркером в лес. В поход, который мог кончиться чем угодно.

Я стояла, медленно отпивала и пыталась понять, что именно давит сильнее: перспектива снова оказаться рядом настолько близко, чтобы слышать его дыхание, или то, что на этот раз рядом не будет моих невидимых страховочных тросов — людей в машинах, людей на линии, людей с биноклями, которые щелкнут ремнями безопасности и появятся ровно тогда, когда надо. Вчерашний поцелуй все еще жил во мне, как синяк, на который нечаянно давишь и чувствуешь странное, неправильное удовольствие. Запрет всегда слаще.

Я неохотно вернулась в дом и стала собирать рюкзак так медленно, будто каждый предмет материализовывал саму идею. Я не хотела идти с Паркером так далеко, оставаться наедине так надолго. Но я уже согласилась, и это согласие — единственный способ заставить его поверить, снизить уровень подозрений и бдительности. Он сам сказал мне об этом прямым текстом.

Я проверила фонарик, постучала по корпусу, он светил ярко. Фляга с водой — нужно было долить, потому что в лесу вода всегда заканчивается чуть раньше, чем рассчитываешь. Открыла аптечку, чтобы убедиться, что все на месте: пластыри, антисептик, таблетки от головной боли, жгут. Протеиновый батончик, еще один на всякий случай. Складной нож — привычная, законная часть снаряжения, которая успокаивает одним своим весом в ладони. Мой рюкзак был полон, словно я собиралась пропасть на несколько дней, а не на одну ночь.

И пистолет.

На столе, где я его оставила вечером, он выглядел неуместно аккуратным, чужим. Холодный, матовый. Я сняла затвор, машинально проверила патронник, вернула все на место и, прежде чем положить, вдруг остановилась. Если идти с ним, значит, я допускаю, что он мне понадобится. Оставить — значит, играть против собственного протокола. В этой игре «правильно» иногда равняется «живой». Я сунула оружие в самый дальний отсек рюкзака, молнию протянула до упора, затем провела большим пальцем по собачке второй раз — это была смешная привычка, но выученная телом до автоматизма.