Глава 1
Глава 1
Не то что бы я был счастлив, когда наконец получил этот пропуск - просто у меня хотя бы появилась надежда. Пропуск, дающий право на перемещение во времени. Я ведь никакой не биограф, не научный работник и уж тем более не учёный.
Просто взялся за съёмку фильма об известном художнике, господине П. Ну а вышло...вышло то, что вышло. Что-то совершенно другое.
Но об этом позже.
***
В детстве мама всегда повторяла эту фразу "всё тайное всегда становится явным". В школе на уроках нам говорили о том же и закрепляли это разными притчами и баснями. Я верил в это, когда я был ребенком и в следующий раз я поверил в это только в 34 года. Бо́льшую часть своей сознательной жизни я скептично относился к историям с хорошим концом, к тому, что справедливость всё равно восторжествует, а добро победит зло. Вообще, мы здесь - в нашем времени - все такие. Ну почти все. Просто раньше всем хотелось верить в хорошее - не было другого выбора, а сейчас, во время постправды, у нас нет другого выбора, кроме как развенчать свои иллюзии и пустить их гулять где-то в уголке сознания, в неконтролируемых снах.
Когда всё уже было согласовано с кинокомпанией и исполнительным продюсером, я сразу же стал усиленно интересоваться жизнью П. Не сказать, чтобы это было очень увлекательно. Сначала был тур по выставкам его работ, потом беседы с биографами, историками, потом выискивание каких-нибудь интересных фактов о жизни П. в интернете, потом неподтверждение этих же "фактов" официальными источниками - в общем, я понял, что для художественного фильма с большими надеждами выдавить мне нечего. Ничего интересного в его жизни, что могло бы послужить отличной завязкой для сюжета. Скорее получилась бы документалка для студентов колледжей изящных искусств.
Но ведь художник действительно гениальный - все говорят об этом. Он стал знаменит при жизни. Им восторгаются даже те, кто не особо причастен к искусству. Он на устах. Он на брелках с ключами. Он в вестибюлях театров. Короче, мне нужно было решать эту проблему, и срочно. Для меня это была возможность неплохо заработать и получить имя среди тусовки киношников. Я переговорил с несколькими коллегами и не добился ничего, кроме: "Включи свою фантазию, друг! Ещё никто не умирал от небольшой интересной неправды."
Но я не хотел превращать кино в "жёлтую прессу" для прошлого. В конце концов, нынешняя версия Истории и без того запуталась донельзя.
***