Моя вина.

- Нат, я думала, что ты уже уехала, - я удивлённо смотрела на запыхавшуюся подругу, которая пришла ко мне в воскресенье рано утром.
- Нет, рейс отложили до вечера, поэтому я решила, что нужно нормально с тобой проститься, - ответила она, садясь на диванчик в прихожей.
- А Марат где?
- Они сейчас с мамой в больнице. Пробудут там долго.
- А почему ты не с ними? - я села с ней рядом, заглядывая в уставшие глаза.
- Марат сказал, что мне нечего там делать, а уехать надолго, не увидевшись напоследок с тобой- преступление.
Я улыбнулась и обняла Нату, кладя ей на плечо голову.
- Всё будет хорошо, ты же в это веришь?
- Я уже ни во что не верю. Утром ему стало плохо прямо в машине, а вчера, когда я зашла после тебя к нему, то он упал в обморок, даже не дойдя до кухни.
- Ната, всё будет хорошо, - твёрдо произнесла я, отпуская из объятий подругу.
Та лишь кивнула. Я понимала, что ей плохо говорить о таких вещах, но я знала, что при Марате она не позволяла себе быть такой слабой. Сколько я её уже знаю. Когда я страдала, когда сильно заболевала или при стычках в грязных районах получала не меньше, чем она, Наташа всегда была рядом, не падала духом, не строила из себя потерянную. Она была сильной и крепкой, словно скала. Но однажды я слышала, как она плакала и шептала что-то обо мне. Мне как раз делали повязку, и ушли за бинтами, а девушка сидела за стенкой. Тогда-то я поняла всё о ней. И теперь знаю, как она себя ведёт в той или иной ситуации.
- Вы поедете-то куда? - спросила я, заходя на кухню.
- В Москву. Там Жидовы нашли хорошую клинику. Знакомые какие-то работают вроде.
- А ты где жить будешь?
- Пристроят в одной из палат, ну, в крайнем случае, у медсестёр поживу.
Я налила нам чаю, осторожно ставя на стол. Ната на кружки даже не посмотрела. Она изучала что-то на улице, причём уже не было той разбитой Наташи.
- Ты там кого увидела? - я подошла к окну и выглянула на улицу.
- Там Лера с каким-то парнем ругается, - ответила Ната, но потом заметила, что я смотрю не туда, - левее посмотри. Знаешь его?
Я присмотрелась и увидела Лёшу. Тот отчаянно что-то доказывал, размахивал руками, и я даже на секунду подумала, что он ударит девушку и произойдёт, как у Наты и Марата, но Лера гордо отходила от парнишки. Всем своим видом она изображала обиженную леди.
- Знаешь что ль? - Ната слегка толкнула меня, приводя в чувство.
- Да, врывался ко мне как-то. Лёша зовут. Парень её.
- Я думала, что её никто вытерпеть не сможет, - усмехнулась девушка.
- Тебя ж вытерпели, - огрызнулась я.
Но потом сообразила, что сказала. Испуганно повернувшись на подругу, я ожидала слёз или удара, но та повела себя снова не предсказуемо. Она лишь криво усмехнулась.
- Недолго терпеть ещё будут, некому терпеть будет - ответила Ната.
- Я не хотела, прости. Просто с языка сорвалось, - прошептала я панически.
- Я понимаю. Не ангелок. Ничего, скоро я привыкну к чёрному юмору со стороны о Марате. Может, забыть будет легче.
- Наат, умоляю тебя, не начинай. Я не специально. Ты же знаешь, что я не это хотела сказать.
- Юль, я всё понимаю. Не будем об этом, хорошо? Пошли лучше погуляем.
Она улыбнулась, но чувство вины с сердца не сошло. Зачем я вообще это сказала?