Часть Седьмая
Оставшуюся часть дня Майкл и Джереми провели за составлением плана. Кухонный стол был завален листками бумаги, на которых они чертили схему пиццерии, отмечали коридоры, выходы, расположение аниматроников и гидранта. Майкл настоял на том, чтобы учесть каждую мелочь — они не имели права на ошибку. Слишком многое стояло на кону. Лиззи. Их жизни. Возможность наконец остановить Уильяма Афтона раз и навсегда.
— Значит так, — говорил Майкл, водя карандашом по импровизированной карте. Он старался, чтобы голос звучал уверенно, хотя внутри всё дрожало. — Главный вход и служебный мы не трогаем — они на виду, и Уильям наверняка следит за ними. Заходим через подвальное окно, как в первый раз. Я проверял его позавчера — оно всё ещё не заколочено. Доски, которые мы сорвали тогда, так и лежат рядом. Уильям, видимо, не счёл нужным их восстанавливать. Слишком занят своими... проектами.
— А гидрант? — спросил Джереми, разглядывая схему. Его палец скользил по линиям, обозначающим задний двор. — Ты уверен, что он работает? Мы не можем полагаться на «может быть».
— Я проверял. В прошлый раз, когда мы были у Генри, я вышел на задний двор, пока ты разговаривал с ним. Гидрант старый, но в рабочем состоянии. Вода под напором, шланг на месте. Я даже попробовал повернуть вентиль — он поддаётся. Немного тугой, но открывается.
— А длина шланга? Хватит, чтобы достать до окна?
— Хватит. Я измерил шагами. От гидранта до подвального окна примерно двадцать пять метров. Шланг длиннее — я размотал его и проверил. Он доходит до самого окна и ещё остаётся запас. Если ты встанешь у гидранта и направишь струю, вода попадёт прямо внутрь.
Джереми кивнул, но его лицо оставалось напряжённым.
— А если Уильям не выйдет в зал? Если останется в мастерской? Что тогда? Мы не можем просто ждать, пока он решит прогуляться.
— Тогда я найду способ выманить его. Скажу, что хочу увидеть аниматроников в действии. Что передумал и готов принять его «дар». Он ждал этого годами — он клюнет. Его эго не позволит ему упустить такой шанс. Уильям Афтон всегда хотел, чтобы сын пошёл по его стопам. Он говорил об этом Генри. Он говорил об этом мне. Он одержим идеей наследника.
— А если он заподозрит ловушку? Он не глуп, Майкл. Он перехитрил полицию, перехитрил Генри, перехитрил всех. Что, если он поймёт, что ты притворяешься?
Майкл задумался. Это был хороший вопрос. Уильям действительно был умён — патологически умён. Он чувствовал ложь, как акула чувствует кровь в воде.