33. Беспамятство
За полночь Никанор выключил всё освещение в доме и наказал голосовой помощнице перейти в режим сна. Он приоткрыл дверь, на которую добавил механические приспособления, чтобы не использовать всегда только электронику. Конечно, особой надобности скрываться не было, волшебная палочка-иллюзия работала отменно. Судя по истории его передвижения, он не посещает подземелье, а гуляет по полю. Но приятнее было чувствовать, что ты учитываешь все возможные риски и действуешь хитрее, чем великая, продуманная до мелочей система. На улице было холоднее, чем ожидалось. Накинув предусмотрительно сдёрнутую с крючка у двери ветровку, Ники пошёл по полю, отсчитывая шаги. Вдали светили мягкие фонари вдоль дорожек и он снова напомнил себе, что до прихода дождей, нужно озаботиться тротуаром в разные стороны от своего жилища.
По ровному травяному настилу невозможно было понять, где именно скрыт подземный люк, но парень точно знал, что пришёл. Раньше, даже отсчитывая расстояние, он мог пройти чуть дальше или наоборот, не добраться до секретного места, но сейчас, он будто всем нутром чуял, что пришёл. Ники огляделся. Как всегда, в пределах видимости никого. В памяти всплыло добродушное, морщинистое лицо старика. Если раньше мужчина казался обычным человеком, по случайному стечению обстоятельств освободившим его из рая, то после полученного от него письма, в нём чувствовалось что-то таинственное и даже пугающее.
Парень достал десяти сантиметровую палочку и развернул в более тонкий и высокий прут. Опершись на палку, он нащупал место, где под травой скрывалось отверстие и заостренным концом вставил в него устройство. Легкое шипение заставило сердце Никанора биться чаще. Столько раз уже проходил эту процедуру, а каждый раз всё равно волнительно. Будто как только откроется люк, так над головой сразу зажужжат квадрокоптеры с яркими фонарями и механический голос попросит его сохранять спокойствие и не делать резких движений. «Тьфу» — произнёс Ники, отгоняя разыгравшееся воображение, и поставил ногу на первую ступень. «Сезам закройся» — скомандовал он крышке люка когда мерцающие вдали фонари сменились тьмой и только тусклые, прячущиеся в тучах, звёзды остались над головой.