17 глава.

Утром я вышел во двор раньше рассвета. Воздух был тёплым и чистым.

Я смотрел на аул — на дома, тропинки, мечеть вдалеке — и понял: я не уйду.

Ни из-за слухов.
Ни из-за осуждения.
Ни из-за прошлого.

Это была моя родина. Земля, где родился мой отец. Где похоронена его боль и его честь. Где теперь начиналась моя семья.

Я знал: мы купим дом здесь.
Не большой.
Но свой.

Пусть говорят.
Пусть вспоминают.
Пусть судят.

Я не собирался убегать от своей земли только потому, что кто-то боится правды. Любовь, заключённая никахом, не прячется. Она остаётся и пускает корни.

Когда я вернулся в дом, Марьям уже была на ногах. Она посмотрела на меня — спокойно, по-новому. Не как раньше. Теперь между нами не было запрета.

— Мы остаёмся, — сказал я.

Она поняла сразу. И кивнула.

В её действиях было больше согласия, чем в любых словах.

Так началась наша жизнь.
Не с бегства.
А с выбора остаться.