## Глава 32. Час расплаты
### POV Маттео
Массивные дубовые двери кабинета захлопнулись за нашей спиной с глухим, зловещим стуком, отрезая нас от остального особняка. В комнате пахло дорогим табаком, пролитым коньяком и тем специфическим, едким ароматом чужого краха, который ни с чем нельзя перепутать.
Картина, предсташая перед нами, была шедевром деструкции. Элеонора Борсо-Кингсли стояла у массивного письменного стола из вишневого дерева. Её безупречная укладка растрепалась, дорогой шелковый костюм кремового цвета был помят, а на лице, поверх потекшей дорогой туши, застыла маска дикого, первобытного ужаса. В руках она судорожно сжимала распечатанные листы аудиторского отчета, которые мои ребята сбросили ей на планшет несколько часов назад.
Ричард Кингсли сидел в своем глубоком кожаном кресле. Мой отец. Человек, который годами казался мне незыблемой скалой, монументом абсолютной власти. Но сегодня этот монумент дал глубокую трещину. Его лицо было багровым от подступившего кровяного давления, галстук ослаблен, а в правой руке он сжимал наполовину пустой бокал с бренди. Его тяжелый, свинцовый взгляд был устремлен на экран ноутбука, где горели логи заблокированных панамских счетов.
Когда мы с Амелией вошли, в кабинете воцарилась такая удушающая, звенящая тишина, что было слышно, как капли дождя барабанят по стеклам высоких окон.
- Маттео... - первым нарушил молчание хриплый, прерывистый голос Элеоноры. Она перевела взгляд с меня на Амелию, и её идеальные винировые зубы застучали от шока. - Амелия? Ты... ты здесь? Но Ричард сказал... Он сказал, что ты улетела в Европу... что ты сбежала...
- Она никуда не сбегала, Элеонора, - ледяным, размеренным тоном произнес я, делая шаг вперед и увлекая Амелию за собой. Моя ладонь намертво фиксировала её тонкие пальцы. - Твой любящий муж просто спрятал твою дочь в подвале Южной промзоны. Запер её там, как бродячую собаку, связал веревками и накачал транквилизаторами. Чтобы использовать её как рычаг давления на меня. Чтобы я вернул ему холдинг.
Элеонора резко повернула голову к Ричарду. Её глаза расширились до предела, в них вспыхнуло безумие.
- Это правда?! Ричард, ответь мне! Ты сказал, что её охраняют... что она в безопасности! Ты украл мою дочь?!
Старик даже не посмотрел на неё. Он медленно поднял свой свинцовый взгляд на меня, проигнорировав истерику жены. Его губы дернулись в презрительной, волчьей усмешке.