клятва на крови.
Вторник начался с аномального затишья. В университете Амелия не получила ни одной записки, ни одного странного звонка. Но это тишина не успокаивала — она давила на уши, как предгрозовой фронт.
На лекции по клинической фармакологии она поймала себя на том, что механически рисует на полях тетради змею, кусающую себя за хвост. Символ Даниэля стал её личным клеймом.
Когда она пришла в клинику, атмосфера там была наэлектризована. Конвоиры у палаты 304 сменились — теперь это были угрюмые мужчины в штатском, чьи пиджаки едва скрывали очертания кобур. Они не спросили её документы. Они просто кивнули, пропуская её внутрь, как будто она была частью их команды.
Даниэль не лежал в постели. Он стоял у окна, полностью одетый в черный костюм, который сидел на нем безупречно, несмотря на ранение. В палате пахло не антисептиком, а порохом и кожей.
— Твоя смена официально начнется через час, Амелия, — произнес он, не оборачиваясь. — Но сегодня у нас внеплановое практическое занятие.
— О чем вы? — она замерла у порога, не снимая пальто.
— В соседнем боксе лежит человек. Его привезли десять минут назад. У него нет документов, и его нет в списках больницы. Но он умрет через двадцать минут, если ты не остановишь кровотечение.
Амелия почувствовала, как похолодели кончики пальцев.
— Почему его не оперируют дежурные хирурги? Где персонал?
Даниэль медленно повернулся. В его взгляде не было ни капли сочувствия — только холодный расчет.
— Потому что в его теле застряла пуля, которую нельзя показывать полиции. И потому что я хочу проверить, на что ты способна, когда над тобой не стоит профессор с подсказками.
— Это незаконно, — прошептала она. — Я студентка. Если я это сделаю, меня не просто отчислят — меня посадят.
— Тебя не посадят, Амелия. Тебя защитит моё имя. Но если ты откажешься, этот человек умрет прямо сейчас, и его кровь будет на твоих руках. Выбирай: закон или жизнь. Твоя хваленая медицинская этика сейчас проходит проверку на прочность.
Теневая операционная
Он взял её за локоть и вывел в коридор. Конвоиры расступились. Они зашли в соседнее помещение — малую манипуляционную, которая обычно пустовала по ночам.
Там, на столе, лежал мужчина лет тридцати. Он был бледен, его рубашка пропиталась темно-красным цветом.
Амелия мгновенно переключилась в режим медика. Страх перед Даниэлем отступил перед профессиональным инстинктом. Она подбежала к столу, разрезала одежду пациента и увидела рану в области бедра.
— Артериальное кровотечение, — выдохнула она. — Срочно жгут! И мне нужны инструменты, здесь…