последний ультуматум
Новость о ребенке превратила особняк Даниэля в нечто среднее между королевской цитаделью и отделением интенсивной терапии. Для Даниэля это известие стало окончательным оправданием его существования. Человек, чьи руки были по локоть в крови, вдруг обрел святыню, которую он был готов защищать с яростью падшего ангела.
Амелия сидела в саду, укутанная в тяжелый кашемировый плед, несмотря на мягкое весеннее солнце.
Перед ней на мраморном столе лежал снимок УЗИ — крошечное светлое пятно, пульсирующая точка, которая уже диктовала правила игры всему преступному миру Киева. Она чувствовала себя не матерью, а сосудом, в котором зреет будущее империи, построенной на костях.
Бункер для наследника
Даниэль изменился. Его холодная, расчетливая жестокость не исчезла, но она обрела новую, пугающую направленность. Он начал перестраивать восточное крыло особняка под детскую. Амелия зашла туда однажды и ужаснулась: это не была комната для младенца. Это был укрепленный бункер с автономной системой фильтрации воздуха, пуленепробиваемыми стенами и отдельным постом охраны прямо за дверью.
— Даниэль, это безумие, — сказала она ему вечером, когда он принес ей стакан теплого молока с медом — еще один из его новых ритуалов заботы. — Ты строишь тюрьму, а не детскую. Ребенку нужен воздух, трава, свобода. А не датчики движения в колыбели.
Даниэль сел на край кровати и взял её руку. Его взгляд был пугающе ясным.
— Ребенку нужна жизнь, Амелия. Мои враги не посмотрят на то, что ему неделя от роду. Если они узнают, что у меня есть наследник, он станет их главной целью. Я не позволю тому, что случилось в ангаре, повториться с ним. Или с тобой.
Амелия посмотрела на него, и в её душе шевельнулось нечто, похожее на план. Это был её последний шанс. Последний скальпель, которым она могла вскрыть нарыв его преступной жизни.
Женщина, ставшая законом
— Тогда уйди, — тихо, но твердо произнесла она.
Даниэль замер.
— О чем ты?
— Уйди из этого мира, Даниэль. Ты заработал достаточно денег, чтобы кормить десять поколений наших потомков. У тебя есть легальные клиники, у тебя есть инвестиции. Оставь кровь. Оставь оружие. Оставь этот особняк, который пропах смертью. Если ты хочешь, чтобы наш ребенок был в безопасности, сделай так, чтобы его отцу не за что было мстить.
Даниэль медленно встал. Его лицо превратилось в маску из холодного камня.