***
В амбаре два обезглавленных трупа были подвешены за ноги с помощью цепей и крюков. Эд не хотел, чтобы погасшие глаза жертв выражали скрытый укор, да к тому же их пустые черепушки для его задачи сейчас не требовались. Поэтому отрубленные головы с перекошенными ртами валялись в углу, куда их пнул убийца. Там же покоились кисти, стопы и гениталии, которые он для удобства тоже отсёк. Одно тело Эд уже успел освежевать, и с него на брезент стекала кровь, собираясь в маленькое красное озерцо, в котором отражался свет ярких ламп. Обнажённые мышцы бесстыдно являли миру зловонное мясо. А аккуратно снятая кожа в виде складок, словно драпировка, лежала на столе, накрытом плёнкой.
Сейчас молодой мясник ополаскивал короткий острый нож с изогнутым лезвием в чистой воде. Фартук и резиновые перчатки на парне были противно липкими, и на них почти не осталось чистого места. Эд вытер орудие тряпкой и подошёл ко второму телу. Он издал короткий смешок, будто вспомнил какую-то шутку, и сосредоточенно сделал первые кольцевые надрезы в районе щиколоток и запястий, подровняв таким образом рваные края куцых конечностей. Потом то же самое филигранно провернул с шеей и задним проходом. Следующей он рассёк поверхность на внутренней части бёдер и предплечий. Необходимые приготовления были выполнены, и теперь можно было приступать к самому свежеванию. Эд начал медленно подрезать соединительные ткани на ногах, поддевая кожу и стягивая её вниз. Когда он добрался до верхней части туловища, то с хирургической точностью, наслаждаясь, подобно безумному патологоанатому, провёл ножом прямую линию, похожую на разделяющую два берега реку, вдоль живота и груди. Кожа крайне туго шла, но Эд упорно продолжал её отделять, пока не достиг шеи. Со вторым трупом было покончено. Парень взял скребок и удалил остатки жира, после чего положил изделие к первому.
Из-за трудоёмкой работы у Эда ныло тело. С быками было намного проще: действия повторялись по одним лекалам, а с людьми пришлось импровизировать из-за разницы в анатомии. Повезло хоть, что от этих животных ему была нужна только шкура, а все остальные этапы процесса удалось пропустить. Эд с удовольствием завалился бы спать, но ему сначала предстояло прибраться в амбаре, продезинфицировать всё и вывезти то, что осталось от двух шутников, подальше в глушь. Перед этим он тщательно спрятал кожу и головы в дальней коробке в холодильной камере, чтобы материал не испортился раньше времени и дед по возвращении его случайно не обнаружил.
На следующий день отдохнувший Эд принялся воплощать свои творческие порывы. Он специально подобрал двух жертв, потому что кожи одного щуплого подростка ему бы не хватило. Также пришлось раздобыть толстую стальную иглу и моток лески, так как обычная нитка не справилась бы. Эд извлёк охлаждённую кожу на стол и разрезал её на большие лоскуты. Подготовив их, он начал по отдельности сшивать куски, чтобы костюм пришёлся ему впору. К жилетке с воротом-стойкой приделал рукава и скрепил со штанами. Костюм получился серо-бежевым и неуклюже фрагментарным. Розоватые линии прорисовывались по всей его длине и ширине, а границы лоскутов топорщились. На месте отрезанных гениталий красовалась квадратная заплатка из кожи. Всем видом творение напоминало плохо скроенный гидрокостюм.
Эд полностью разделся и примерил его на себя. Самодельная одежда была великовата и висела на подростке, словно вещи, которые остаются после старших братьев. Похоже, он взял слишком много лишней кожи, удалить которую уже не представлялось возможным. Эд решил, что подумает над этой проблемой чуть позже, в канун Хэллоуина. Тогда же надо будет закончить костюм: добавить голову, которая окажется экзотической вишенкой на торте из человечины. А пока что костюм отправился туда же, где изначально был спрятан сам материал.