Эксперимент над реальностью
Всё началось с идеи, которая одновременно пугала и завораживала. Егорик — тот самый, с миллионами подписчиков и вечной усмешкой в глазах — сказал: «Люди врут. Все. Даже когда молчат. А я хочу знать правду. Настоящую. Ту, что они прячут в самых тёмных углах своей памяти».
Яна, его жена, такая же яркая и быстрая, только кивнула:— Значит, строим машину времени.
Зачем мне это было нужно? Не знаю. Наверное, чтобы понять, почему мир вокруг такой странный, почему люди смотрят сквозь друг друга и почему мне иногда кажется, что я живу не там, где надо.
Мы строили её в старом ангаре на окраине города. Дни и ночи слились в один серый, утомительный комок из проводов, схем и тихих споров. Егорик отвечал за физику, Яна — за дизайн (потому что, цитирую, «даже время должно выглядеть стильно»), а я — за мелочи, которые никто не замечает, но без которых всё разваливается. Ремни, каски, запасные батарейки. Моя зона ответственности — безопасность. Смешно, да?
Когда машина была готова, мы решили сделать пробный запуск. Ангар стоял в промзоне, за которой начинался густой, неухоженный лес. Дорога к убежищу — так мы называли подвал под ангаром, где стояла наша капсула — пролегала через заросли высокой, колючей травы и груды ржавого металлолома.
Мы шли быстро, почти бежали. Я в середине, Егорик и Яна по бокам. Было темно, хотя на часах — всего шесть вечера. Небо затянуло серой, тяжёлой пеленой, и ветер нёс запах сырой земли и чего-то ещё — кислого, металлического, нечеловеческого.
Я услышала его первой.
Сначала — низкое, вибрирующее гудение, от которого заныли зубы. Потом — шаги. Тяжёлые, чавкающие, будто по грязи шлёпали огромные, влажные подошвы. Я обернулась и замерла.
Он вышел из-за груды старых бочек. Три треножные ноги, блестящие, как мокрая медь, двигались с пугающей плавностью. Высоко над землёй, на гибкой «шее» из металлических колец, раскачивалось тело — вытянутое, серое, безглазое. Но главное — руки. Длинные, членистые щупальца, похожие на змей, ощупывали воздух перед собой. На конце каждого — сноп ослепительного зелёного света, выжигающего всё, на что падал.
Марсианин. Из «Война миров». Тот самый.
— Бежим! — заорал Егорик, хватая Яну за руку.
Мы влетели в убежище за секунду до того, как зелёный луч превратил в пепел старую бетонную плиту, на которой я только что стояла. Сердце колотилось где-то в горле. Дверь захлопнулась, загремели засовы.